А затем сурово, словно гордый североамериканский индеец, добавляет: - Я всe сказала.
Наступает тишина. Только она такая напряженная, что хоть ножом еe режь, как масло. Бояров и моя бабушка так и сверлят друг друга взглядами исподлобья, а стою между ними в полной растерянности и не знаю, что делать... и делать ли вообще.
- Пап, ну ты чего-о-о? - громко возмущается Алиса. - Давай сколей бабулю прощай в обмен на что-нибудь пойлезное и пошли есть моложное! Ты ж обещал!
Неожиданно в палате раздается смех Боярова.
- Феечка, ты у меня просто чудо, - хмыкает он, а потом уже шутливо обращается к бабушке: - Ладно, меняться полезным так меняться. Как насчет прощения в обмен на родственное благословение?
Бабушка наконец расслабляется и тоже улыбается. Но я вижу, как в еe глазах блестят слeзы. Кто знает, почему прощение моего любимого человека было для нее так важно?.. Это только ей и известно.
Она протягивает к нам свои худенькие ладони, и мы с Бояровым, переглянувшись, почти одновременно протягиваем в ответ свои руки.
Бабушкино пожатие кажется неожиданно сильным.
- Договорились, - говорит она. - Моe благословение с вами.
Бояров. Любовь шута
Он женился на ней в тот день, когда выпал первый снег."
"На этой белоснежной свадьбе гостей было немного из-за предостережения Бати вести себя осмотрительно и не устраивать пока никаких массовых сборищ. Слишком активизировались в последнее время крысы вездесущего Мрачко, и вычислить их пока что на все сто процентов не было возможности.
..
И слишком высок был риск каких-то новых провокаций.
Как итог, в закрытой вип-зоне ресторанного комплекса «Дворец» присутствовала лишь ведущая семeрка акционеров «Сэвэн» с родственниками невесты. Ну и, разумеется, очаровательные жeны Царевичева и Лебеды, куда же без них.
- Вась, ты решил превратить свою свадьбу в детский балаган? - спрашивает последний, недоуменно косясь на гирлянды шоколадных конфет в серебряных, изумрудных и золотых фантиках.
Эти плетения из сладостей украшают элегантный каркас потолка и местами свисают чуть ли не до самого пола, к восторгу неразлучной детской троицы - Костика, Алисы и Настюши.
Бояров находит взглядом свою молодую невесту-жену в длинном белом платье и любуется женственными очертаниями ее стройной фигуры. Сейчас она держит Алису за руки и кружится вместе с ней под нежную трогательную мелодию по всему залу. А девочка радостно взвизгивает всякий раз, когда ей удается сорвать с гирлянды новую конфету.
