По всему выходило, что живет там маньяк, и маньяк этот зациклен на ней, на Соне!
Я вспомнил вдруг про странные Сонины отношения с телефоном, про то, как напряженно в первую нашу встречу она говорила с кем-то, а во второй раз вообще отключила телефон. И вообще какая она была нервная и запуганная. А я, идиот, вместо того чтобы поговорить с ней, настоять на том, чтобы она поделилась со мной своими неприятностями, болтал о всякой ерунде! Кретин!
– Так он ее и похитил! – Я так это выкрикнул, что проходившая мимо рыжая тетка шарахнулась в сторону и наступила на чужого пекинеса.
– Очень может быть, – кивнула Надежда. – Но вот куда он мог ее увезти? В квартире у него я была, там никого нет, да и не стал бы он держать похищенную девушку в городском доме – маньяк-то он маньяк, но не дурак же! Нужно какое-то уединенное и безлюдное место…
Я в тоске уставился на проходящую мимо нас толпу. Найти в огромном, многомиллионном городе двух человек – задача неразрешимая, похлеще, чем найти иголку на автомобильной свалке…
– Ну-ка, – довольно невежливо говорю я Надежде Николаевне, – повторите еще раз все про эту психованную комнату, а то я первый раз невнимательно слушал.
Надежда нисколько не обиделась – неплохая она все-таки тетка – и начала сначала:
– Вошла я в эту комнату, дверью задела колокол, небольшой такой, медный…
– Рынду, – механически уточнил я.
– Что? – переспросила Надежда. – Какая еще рында?
– Ну, рында, корабельный колокол так называется.
– Корабельный?! – Надежда прямо подскочила. – А я-то думала, что это за сундучок! Это же морской сундук, матросский, рундук, кажется, называется!
Я смотрел на нее, ничего не понимая, но она начала все объяснять:
– Там вещей почти никаких не было, только магнитофон и сундучок на полу, в котором лежали его дневники и магнитофонные кассеты.
Так вот этот сундучок – явно матросский, с какого-нибудь корабля. Как и колокол – ну, рында. А на дне сундучка лежала листовка я рекламой яхт-клуба. Все одно к одному, вот я и думаю: уж не работает ли наш псих в яхт-клубе? Сторожем, допустим.
Судя по тому, что я о нем знаю, ни на какую другую работу его бы не взяли. А если так, яхт-клуб зимой – самое подходящее место для того, чтобы прятать похищенную девушку: там уж точно сейчас ни души – кричи не кричи, никто не услышит. – Вдруг она тряхнула головой и говорит: – Наверное, я сошла с ума. Ерунда все это, домыслы одни. Даже то, что он похитил Соню, не больше чем предположение, а уж насчет яхт-клуба – это и вовсе бред.
