И с поляком сложно было не согласиться – не каждый поручик берет «на шпагу» генерала.
Поэтому он и остался. Войны ему все равно не избежать. Так почему бы не выбрать более удачное место службы? Конечно, есть приличный шанс того, что отряд расформируют, а «контуженого поручика» комиссуют. Но Ян был уверен – «из этого казино так просто не уходят». И просто так это все не закончится…
Урегулировав вопрос со своими людьми, Максим направился «вставать на довольствие». Дороги он не знал, конечно, но «язык до Киева доведет».
Главное, не стесняться спрашивать.
И тут случилось ЧП.
Генерал-то приказал, да только приказ его ни до кого не довели из исполнителей. Поэтому ни корма выдавать, ни форму для добровольцев, ни прочей амуниции ему не дали. Более того – наорали, оскорбив.
Офицер, «сидящий на раздаче», формально был в том же звании, что и Максим. Но вел себя крайне нагло и самоуверенно. Ведь от его благосклонности многие зависели. Ведь выдавать амуницию и обмундирование можно по-разному. А уж продовольствие и подавно.
С такими людьми обычно не ругаются.
Понимал ли этот деятель, что странный поручик пришел не просто так? Скорее всего, да. Но приказа он не получал. Так что прав выдавать имущество не имел. И формально был прав всецело и полностью.
Но вот беда. Максиму требовалось и продовольствие, и обмундирование, и амуниция. Попытался продавить криком. Не помогло. Мало того – стойкий «раздающий» парочку бойцов позвал и начал встречно угрожать. Видимо, опытный.
Наступил тупик конфликта, при котором обе стороны правы.
По-хорошему бы Максиму явиться в штаб корпуса и выправить бумажку о постановке на довольствие и его, и его людей. Но дело это небыстрое и непростое. У него же документов нет. На кого что выписывать? На предъявителя? А установление личности – та еще процедура, особенно в эти дни. Могут пройти недели, а то и месяцы, пока документы выправят. То есть приказ генерал дал, а как его выполнять – не ясно. Да и офицер, сидящий на раздаче, полностью прав – выдавать продовольствие, обмундирование и амуницию первому встречному по меньшей мере глупо.
Его за это по головке не погладят. Да и по голове тоже.
Грубо говоря, Максим был поставлен между выбором: или кормить и снаряжать своих людей за свой счет, или силой взять то, что нужно. И он ударил. Хорошо так. С подшагом и разворотом всего корпуса пробил в челюсть своему визави. Тот такого поворота не ожидал, так что принял кулак со всей своей любезностью и страстью.
