– Что он сказал?
– Он просит добить… но…
– Что?! – продолжил давить Максим, шагнув вперед, отчего прапорщик отступил и свалился в траншею. Аккурат на тело погибшего русского солдата.
– А-а-а! А! – истошно закричал Хоботов, схватившись рукой за вывалившиеся кишки покойника.
– Хоботов! Это мелко! Что вы по трупу елозите? Вы же ему все внутренности отдавите.
– Ваше благородие, – попытался вмешаться Васков, но был остановлен жестом.
– Этот солдат, – продолжил поручик, – получил ранение, вспоровшее ему живот.
И он умер не быстро. Ползал по траншее и собирал собственные кишки, вперемешку с землей, пытаясь запихнуть их обратно в живот. Его последние часы были полны боли и ужаса, – произнес Максим и, присев, протянул руку Хоботову, помогая выбраться. И когда тот с трудом вылез наверх, добавил: – Поверьте, он был бы счастлив, если бы кто-то прервал его мучения.
– Вы считаете? – нервным, неуверенным голосом спросил Лев Евгеньевич.
Вместо ответа Максим подвел Хоботова к немецкому унтеру.
Вложил в руку прапорщика нож. Приставил лезвие к той части грудной клетки немца, где должно было располагаться сердце. Повернул, дабы клинок легко прошел между ребер. И ударил сверху второй рукой по рукоятке, вгоняя нож в немца. Тяжело раненный унтер вздрогнул, передавая эту вибрацию на рукоятку. Лев Евгеньевич рефлекторно выдернул нож… да так и остался сидеть с потерянным видом возле быстро затихшего тела противника.
– Федот Евграфович, – обратился Максим к младшему унтер-офицеру.
– Выполняйте приказ.
– Есть! – козырнул тот, и солдаты засуетились.
Прошло минут пятнадцать.
Совершенно потерянный, подавленный и перемазанный в крови с головы до ног Хоботов все так же сидел возле трупа и смотрел куда-то перед собой.
– Ваше благородие, – тихо произнес Васков, подойдя, – зачем вы так?
– Война – это место, где пирует смерть. И, как любая баба, она не любит, когда от нее нос воротят.
– Так как же нос не воротить? Страшно же умирать.
– Да. Но это неизбежно. Не сегодня, так завтра.
А страх? Александр Македонский как-то сказал, что страх гонит воинов вперед, но только победившие страх побеждают…
– Кого? – наконец-то подал голос Хоботов. – Кого они побеждают?
– Себя, – произнес поручик, обернувшись, и продолжил, разворачивая мысль: – Величайший враг прячется там, где вы меньше всего его будете искать. Не понимаете? А вы попробуйте встретиться со своими страстями, слабостями и страхами лицом к лицу. Глаза в глаза.
