– Да вы шутите, – прошептала я, уставившись на зону для раздевания, две душевые кабины и сауну. – Только не говорите, что тут и бассейн имеется.
Нет, бассейна, конечно же, не было. Но сам факт того, что эти четверо жили в таком большом и хорошо обустроенном доме, наводил на мысли, что дела у них шли неплохо. Но вряд ли дела были легальными. Хотя… кто знает. Кир никогда ничего не рассказывал, а потом я перестала спрашивать.
За домом находился внутренний дворик, оборудованный для посиделок. Сбоку от дома – гараж, куда доступ мне был закрыт.
В самом доме тоже имелись закрытые комнаты, но это меня нисколько не удивило. У таких парней, как эти, и должны быть секреты.
Вернувшись на кухню, я перекусила бутербродами, затем занялась приготовлением ужина. Тушёная говядина, овощи и рис – моё коронное блюдо. И да, мне хотелось, чтобы парни уплетали мою стряпню за обе щёки. Пусть я и возмущалась, когда Алекс сказал, что я кручу задом, но он ведь был прав. Такие планы у меня имелись. А уж после его слов я просто обязана сделать всё, чтобы они в меня влюбились.
Вызов принят, придурок.
Разумеется, вешаться на парней я не стану. Но заставить их желать меня – что может быть проще? Даже если девушки вокруг них толпами вьются, это же в любом случае парни, так что я смогу подцепить их на крючок. Капелька флирта, немного заботы, чуть меньше одежды, недоступность – и они будут спать и видеть, как бы поиметь меня. А когда мужчина хочет девушку, он готов выполнять её желания.
Оставив ужин в духовке, чтобы не остыл раньше времени, я спустилась в подвал.
Во мне скопилось столько гнева и скорби, что хотелось что-нибудь разбить или с кем-нибудь подраться. Например, с грушей.
Боксёрские перчатки были мне слишком велики, и я отбросила их в сторону, решив просто перебинтовать руки. Кумпуры лежали на небольшом столике. Обмотав ими кисти, я закрепила липучки на запястьях и усмехнулась, уставившись на своё отражение."
"В тренажёрке было прохладно, и мои соски под белой футболкой отчётливо выделялись.
Так вот что настолько вывело Алекса из себя. А ещё он нарушил своё же правило – соврал. Вряд ли такое зрелище оставит хоть какого-то парня равнодушным.
Собрав волосы в тугой хвост, я приступила к разогреву. А затем обрушила на грушу всю свою ярость. Я била и била, задыхаясь и обливаясь потом. Наносила удар за ударом, представляя на месте груши тех Харонов, которых знала в лицо. Время замерло для меня. Мир перестал существовать.
