– В честь того, что я не соврала о зеркале и всё такое. Как приветствие гостье из другого мира, м-м?
С полминуты ректор думал, а затем махнул рукой и со стаканом направился к бару:
– Ладно, пусть будет сорок. Иди уже.
– Спасибо, – я широченно улыбнулась и помчалась на выход, пока он не передумал.
В приёмной секретарша глянула на меня исподлобья. Кажется, моя улыбка ей очень не понравилась. Она поднялась, одёрнула платье на пышной груди и с надменным видом направилась в кабинет.
***
Основное время обеда ещё не наступило, но сотня-другая студентов в уже собралась за столами.
И все уставились на меня. Абсолютно все! Солнце заливало через витражи ослепительный свет, но это не помешало разглядеть, что с каждого длинного стола на меня смотрели. Бедный Рэйдан! Как он такое выносит?
Ксанта помахала мне. Взгляды переместились на неё. Она этого будто не заметила, лишь насмешливо изогнула губы. Я направилась к свободному месту рядом с ней.
– Я зверски голодна, – предупредила сразу и принялась сгребать из общих блюд птичьи ножки в кляре, печёный картофель, сырные палочки…
Еда! Захлёбываясь слюной, я наслаждалась пищей богов, наплевав на зрителей и недовольных.
Я просто хотела есть! Наслаждаться хрустящей корочкой, нежным вкусом…
Это было настоящее блаженство.
– Ты не завтракала? – удивилась Ксанта.
Я помотала головой. Пока ела, в обеденный зал прибывали студенты, косились на меня, но мне было всё равно, там ещё пудинг на десерт – вот о чём я сейчас думала.
Когда Ксанта с улыбкой поставила передо мной тарелку с розовым пудингом, а я собралась воткнуть в него ложечку, нервно зазвенел колокол.
Мы с Ксантой переглянулись. Она пояснила:
– Это сигнал тревоги.
Глава 46. Под подозрением все
– Он может звонить из-за пожара в этом здании? – спросила я.
– У пожарного колокола другой тон и ритм, – покачала головой Ксанта.
Колокол продолжал надрываться, а я подумала немного и пододвинула себе второй десерт: надо пользоваться моментом, пока ещё какая-нибудь гадость не случилась.
Другие студенты моего мнения не разделяли – помчались на выход. Ксанта посмотрела на них, на меня – и тоже принялась за десерт.
Шорох шагов и гул встревоженных голосов вскоре затих. День был ярко-солнечным, окрашенные витражами лучи света разливались по огромному залу, и когда колокол стих, в помещении воцарилась странно благостная атмосфера. Волшебная…
«Как прекрасен этот мир», – подумала я.
