Всем нужно было оценить варианты, и ещё вчера днём я бы первая сказала, что вредный Рэйдан не снизойдёт до мольбы простых смертных, но… Он меня удивил, так что теперь я не столь уверена в его неприступности.
Я снова разлеглась на деревянной лежанке и стала наслаждаться расслабляющим жаром. У меня не было причин торопить девушек с принятием решения.
***
Голосовать решили после мытья, к тому моменту я посчитала нас всех и поэтому свой выбор сделала где-то в середине процесса разделения мнений, чтобы в случае равного разделения голосов не оказаться последней нечётной и крайней.
Просто встала в левую группу тех, кто предлагал сразу просить помощи у Рэйдана. Причём встала в надежде, что он откажет: не нравилось мне поведение Элиан. С такими лучше не пить.
Забавно, но голоса разделились поровну, а так как нас было нечётное количество, мой голос в этой ситуации можно считать определяющим.
И снова Элиан, стоявшая справа, мрачно посмотрела на меня, хотя я давно ушла в противоположный лагерь, и последние пять девушек встали на её сторону.
Так мы, распаренные, предвкушающие и волнующиеся, пошли к палатке Рэйдана.
Патрульные и другие прохожие оглядывались на нас, перешёптывались – и вливались в толпу. Это было похоже на маленький бунт. Или штурм палатки архонта.
Охрана возле палатки смотрели на собравшуюся толпу беспокойно. А девушки косились на меня призывно – и я обречённо вышла вперёд. Кашлянула.
Рэйдан не выходил. В его палатке горел свет, очерчивал шторку входа, но внутри было тихо.
Прошла минута.
Затем ещё одна…
Кто-то подтолкнул меня в спину, и я сделала ещё один шажок вперёд, а сзади зашуршали:
– Иди же.
– Ну…
– Ты его лаборантка, тебя он послушает.
– Вы переоцениваете моё влияние, – пробормотала я, но вперёд пошла. Осторожно приоткрыла шторку и спросила: – Можно войти?
Рэйдан сидел, откинувшись на спинку раскладного кресла, и смотрел на меня поверх книги. Внимательно так.
Кивнул со свойственной ему снисходительностью.
Я зашла внутрь, и что-то мне стало… не по себе: во что я ввязалась?
– Я очень внимательно тебя слушаю, – Рэйдан в ожидании подпёр щёку кулаком.
"
"А я не могла понять свою внезапную робость, ведь за спрос деньги не берут, да и Рэйдан не кусается. Вздохнув, мужественно спросила:
– Можете разрешить нам воспользоваться вином раньше?
– Зачем?
Показалось, или в его интонациях проскользнула издевательская хитринка?
– Снять стресс, – пояснила я. – А то боимся, что такими темпами до конца практики не доживём.
