Но уходить... Я только привыкла, адаптировалась, встала на ноги, и снова все менять? Боюсь, у меня нет сил на такие подвиги.
— Тем более кто-то собирался выкрасть Рубиновую Слезу, — как бы невзначай брякнул Оллин, а я тут же нахохлилась:
— Ты сказал, что это глупость.
— Я до сих пор в этом уверен, но много думал и пришел к выводу, что шансы это провернуть все-таки есть
— Есть? Какие?
— Не торопись, дорогая моя. Я с дороги, проделал большой путь, устал, промок, поэтому разговор отложим до завтра, а сейчас давай пить чай.
У меня есть что-то очень вкусное, — он, наконец, выудил из мешка кусок пирога, завернутый в вощеную бумагу, — расстегай с калиной.
Мне пришлось умерить свое любопытство. Тем более выпечка так вкусно пахла, что я позабыла и о столице, и об артефакте, и даже о возвращении домой.
— Итак, преступим, — следующим утром Оллин выложил передо мной несколько вещей: свернутую гармошкой карту, какое-то письмо, сверток с одеждой и цепочку с синим кулоном"
"В полнейшем недоумении я смотрела на эти вещи и гадала, что же дальше.
Оллин тем временем развернул карту, хорошенько ее расправил, разгладив грубыми ладонями, склонился над ней, задумчиво почёсывая бороду, а потом ткнул пальцем в маленькую точку.
— Мы вот здесь, в лощине между рекой и болотом. Вирруба вот здесь, — указал на город, расположенный северо-восточнее нашего прибежища. Неделю пути, если пешком и посуху.
Я с интересом рассматривала карту, читая неизвестные названия.
Искала Комор, но так и не нашла, почувствовав разочарование. Тот городишко ассоциировался у меня с Рэем, с нашей последней вечерней прогулкой.
— Ты меня слушаешь? — недовольно спросил Оллин. Оказывается, все это время он что-то говорил, а я снова утонула в воспоминаниях.
— Прости.
— Ох, Мария, дождешься ты. Попадешь когда-нибудь впросак.
— Я только этим и занимаюсь. Попадаю то впросак, то в…
— Ладно, повторюсь, для блаженных. Я провожу тебя, чтобы в пути ничего не произошло.
Мы вместе дойдём до сюда, — постучал по карте недалеко от столицы, — дальше отправишься сама. У ворот тебя встретят стражники, проверят здорова или нет и пропустят в город.
— Они всех пускают?
— Женщин? Да. Что бы не возникло лишних вопросов, кто ты, откуда и почему появилась только сейчас, скажешь, что ты из деревни Кряженки. Она находится далеко, на другом конце страны. Никто не станет проверять оттуда ли ты на самом деле или нет.
