Дреды толстыми прядями крутанулись следом.
– А че не нравится?
– Мне просто нравится мое имя, – Золотов остановился у свободной парты и положил туда рюкзак.
– Надеюсь, ты не Рафаэль, – волнисто смеялся Сафронов.
У него с собой никогда ничего не было. Поэтому он просто сел сам за стол.
– Илья."
"Все следили за их громким разговором. Миронова закатывала глаза. Лужин с Петровским посмеивались. Они тусили с Сафроновым ради кайфа и смотрели теперь с предвкушением. Саша напряглась. Считала Гену маргиналом, безобидным, но конченым.
– Голда все равно круче, – Сафронов фривольно откинулся на стуле и глянул в сторону первой парты. – В нэйминге я магистр, епта.
Некоторые заржали. Саша только выдавила смешок.
– Вон Варя – Краля, Синицын – Воробей, Лужин – Евнух, а Фомина – Саша. Все четко.
Золотов по очереди посмотрел на каждого, едва сдержался от ухмылки. На Саше остановился с диссонансом. Приподнял подбородок, щурился с улыбкой. Она покраснела и отвернулась, якобы по делам в телефоне.
Тут же такое себе нашла и напомнила в чате группы: «Сегодня будет распределение дипломных работ. После пар всем в 315 аудиторию».
– А че это ты Фомину так обидел? – спросил Золотов.
– Она привыкла, – Сафронов лениво махнул костлявой ручкой, не толще кочерги и такой же негибкой.
Кто-то посмеялся. Саша старалась не вслушиваться больше в их разговор, но наступила пауза, которая привлекла еще больше внимания, чем голоса. Даже пришедшие подружки не сильно отвлекли ее.
Сафронов прильнул к Золотову.
– Займешь два косаря? Мне на пожрать.
– Я, видимо, последний, у кого ты еще не в долгу? – Золотов оглядел аудиторию молниеносно и вернулся к соседу по парте.
– Платежеспособность проверяю.
Сафронов показал новенькому что-то под столом и поиграл бровями. Ухмылочка редко пропадала с его лица. Саша не смогла разглядеть, что там было, просто знала это. Сафронов приходил в университет, чтобы толкать дурь. Раньше действовал скромнее, впервые предлагал кому-то на глазах у всех.
Саша внутренне возмутилась до накала, но не могла ворчать вслух.
Золотов глядел вниз с интересом. Прикусил нижнюю губу, задумался. Ответить не успел, потому что вошел профессор Горохов. Сафронов спрятал то, чем хвастался, и выпрямился, положив руки на парту перед собой, словно всегда был прилежным студентом. Преподаватель остановил взгляд на их парте и вздохнул, как будто уже похоронил обоих.
