Ну и я молчу, в окно гляжу. Чего ему говорить-то?
Впрочем, долгой паузы он не выдерживает.
– Что хотите сказать по существу вопроса?
– Так вы же ничего не спрашиваете.
– А сами вы ничего следствию поведать не желаете?
– Следствию – может, и скажу. Так вы ж не следователь.
– Здрасьте, я ваша тётя! А кто?
– «Лицо, производящее дознание» – так, по-моему, у вас пишут? Оперативник или дознаватель – но уж никак не следователь.
– Грамотный? – ухмыляется опер.
– Есть малость… Не совсем, так сказать, лопух…
– Приходилось уже так разговаривать?
– Здесь – нет.
Не случалось, нужды, слава богу, не было.
– А где приходилось?
– Далеко. Отсель не разглядеть.
– И какие мы все загадочные… – он открывает папку. – Ну, и что же у нас тут есть? Опаньки – три гуся?![24] Сурово, однако…
– Документы мои у вас?
– Да.
– Там, в бумажнике, есть официальное разрешение на ношение пистолета.
Опер достаёт из стола пластиковый пакет, куда свалены все мои документы и начинает их рассматривать.
«Он даже этого сделать не удосужился! Правильно сокамерник говорил – давно уже всё тут порешали… Сейчас любыми путями меня на бабки станут раскручивать!»
– Так… – вертит в руках нужный документ дознаватель.
– Господи, а я-то уж ожидал… да таких бумажек у нас на рынке навалом! Плати пятёру – и получи!
– Так что ж вы теряетесь-то? Толкали бы это добро в Москву – озолотитесь же!
– А вот борзеть не советую! Боком выйдет! – вполне серьёзно предупреждает собеседник. – У нас тут таких вот… голосистых… не жалуют! Отчего не предъявили документы при задержании?
Хм… дядя… ты и впрямь меня за идиота считаешь?
Судя по тому, как грамотно и по нотам была разыграна вся сцена моего задержания, можно было и не сомневаться в её исходе.
Меня в любом случае никто и не планировал отпускать, независимо от того, чего бы я им там не показал. А вот подбросить что-нибудь ещё… это могли (и теперь я в этом уверен!) организовать запросто.
– Да… как-то вот не успел… слишком уж у вас ребята резкие!
– Это да! – ухмыляется собеседник.
– Могут!
Он снова перекладывает какие-то бумажки, молчит. Ну и я к разговору не рвусь, в окно смотрю.
– Кому вы звонили при задержании?
– Так телефон же у вас. Посмотрите, там секретов никаких нет.
– Уже посмотрели. Коммутатор оператора междугородних переговоров «Арктел».
– Так я ж и не в Москве. Всё логично.
Бзынь!
Искры из глаз.
Это конвоир меня чем-то огрел. Дубинкой, надо полагать… Сей товарищ безмолвной статуей возвышается у меня за спиной.
