Приподнимаю подол юбки, чтобы рассмотреть белье, и Шу оглушительно взвизгивает.
– Не ори, – морщусь.
– Пустите меня, Макар Романович! Это харассмент! – ее рука дёргается, словно девочка собирается отвесить мне пощечину.
– Тока нипохаре, – говорю ей.
– А по-моему вы заслужили! По харе.
– Дерзкая какая… – чешу отросшую щетину и нахально ее разглядываю. Блядь, вот это фигура! – Шур, ты откуда взялась на мою голову?
– Шуры на лавочке сидят возле вашего подъезда. Уберите руки, Макар Романович! – добавляет грозно.
Ух, самурайша настоящая.
У меня ещё больше встал. Открытие века! Оказывается, это возбуждает, когда тебя шлют нахер.
– Ну всё, хватит ломаться. Ложись на стол, – подталкиваю ее к столешнице. – Тем более палочка уже была в дырочке.
– Что вы несёте? – округляет глазищи с пушистыми ресницами.
– Повторим 8 марта? – скольжу пальцем по выпирающей Сашиной ключице.
– Я устала повторять, что меня с вами не было, ни 8 марта, и ни девятого!
– А если я докажу, что была?
– Это невозможно.
Рывком сажаю помощницу на стол и вклиниваюсь между ее бедер.
Зрачки Саши расширяются.
Толкаюсь вперёд, чтобы она ощутила громадную мощь в моих штанах.
– Видишь, как тут все серьезно? – спрашиваю с придыханием.
Талия тонкая – двумя руками можно обхватить. Ножки длинные стройные, вот бы обвила меня ими. Или на плечи закинула – даааа, так тоже можно. Моя, нечего тут ходить и облизываться на красавицу. Я так и сказал Нунчакам, мол, нехера тут ошиваться."
"Секс ходячий эта Шурочка.
– Коси сука сам! Разговорный японский, – невинно моргая глазками, выпаливает Шу.
А потом ловко ныряет мне под руку и сбегает, бессердечно оставляя меня подыхать с каменными зудящими яйцами…
Глава 8
Макар Романович заходит в приемную и кладет на стол мой диплом.
– Так ты Шуйская? – спрашивает он.
– Мгм. А что?
– Да так, знал одного мужичка с такой фамилией.
Весьма распространенная фамилия, что поделать.
– Не зря я прозвал тебя Шу, – самодовольно ухмыляется.
– А откуда у вас мой диплом? – любопытствую.
– Спиздил.
Дай думаю, погляжу оценки моей помощницы, а то вдруг троечницей была. А ее на работу взял.
– Вы серьезно? – снова ведусь на его уловки.
– Ну конечно, серьезно. Из отдела кадров Ивановна передала, нашла блин, гонца, – признается ворчливо.
– А, спасибо! – кладу документ в сумочку.
Беру пакет с формой, в которой вчера ходила, и протягиваю боссу:
– Вот, я постирала. Верните, пожалуйста, хозяину.
Приподнимаюсь с кресла, и брови Романыча удивлённо подпрыгивают вверх.
