Идеально сидящий строгий костюм, пышные, ухоженные усы и при этом гладко выбритое лицо. Он выглядел почти персонаж фильма, возглавляющий мафиозную семью.
Он захлопнул дверь своей машины и двинулся ко мне навстречу. Уверенно, не сбавляя шага, словно весь этот двор принадлежал ему.
— Громов, — сказал он. Голос был низким и властным. — Надо поговорить."
"— Громов! — раздался с крыльца голос Лидии. — Я же сказала, не смей трогать мои вещи своими… руками…
Ее голос оборвался на полуслове, когда она увидела, кто стоит передо мной.
Мужчина медленно повернул голову в ее сторону.
— Лидия?
— Папа⁈
Твою ж мать.
* * *Когда они вошли в Коронерскую службу, Лидия почувствовала, как по коже пробежали мурашки. Не только от воспоминаний, но и от общей атмосферы. Все казенное, строгое и при этом унылое.
Заполняя заявление о приеме на работу, Лидия старалась скрыть легкую дрожь в руках, сосредоточившись на каллиграфическом выведении букв. Ей было тревожно, но разговор в коридоре с Громовым не оставил ей выбора.
Логики в словах мужчины было достаточно, чтобы Лидия с ней согласилась. Неохотно, но все же.
Как она объяснит свое постоянное присутствие рядом с ним? Никак. А слухи в их кругах распространялись быстрее чумы.
Внутри все сжималось от одной мысли о реакции отца. Их отношения, разрушенные ее выбором и его гордыней, только-только начали склеиваться после смерти Артура.
Хрупкий и выстраданный мир, построенный на неловких звонках и коротких встречах.
И теперь она должна будет как-то объяснить ему, если он задаст вопрос, а он точно задаст, что работает на человека, которого винит в гибели своего жениха? Он бы не просто устроил скандал. Он бы сжег все дотла. Снова. Лидия до сих пор с содроганием вспоминала тот день на площади.
Потом была эта странная и спонтанная покупка автомобиля. Сначала она решила, что это очередная блажь Громова. Демонстрация власти. Но, наблюдая за тем, как он торгуется, она поняла, что и в этом тоже была только прагматика и ничего более.
Лидию удивляло и одновременно раздражало то, насколько Громов стал последовательным и дальновидным. Ей казалось, что он стал думать на несколько шагов вперед. И это «казалось» с каждой минутой перерастало в убежение.
Поездка в ее квартиру стала настоящим испытанием. Впустив Алису и Громова в свою уютную квартиру, Лидия чувствовала себя неловко. Ей казалось, что эти люди увидят то, что не предназначено для их глаз.
