Она аккуратно поставила бокал на маленький столик возле своего кресла.
— Хорошее вино, — скупо обронила она.
— Хорошее? — удивился я. — Да оно отличное!
Она хмыкнула, и впервые за все это время я увидел на ее вечно непроницаемом лице нечто, отдаленно напоминающее улыбку. Легкое, почти незаметное движение уголков губ.
— Как пожелаешь, Виктор.
Этот короткий момент почти нормального человеческого общения был самым странным из всего, что произошло за день.
Мы расселись по креслам у камина, создавая некое подобие мирной семейной сцены.
Лидия снова погрузилась в свою книгу, время от времени делая маленькие, аккуратные глотки. Алиса, отбросив все подозрения, неспешно, но с явным удовольствием потягивала вино, ее щеки слегка порозовели.
А я, осушив еще один бокал, а затем и второй, почувствовал, как приятное тепло разливается по телу, снимая остатки напряжения. Но расслабляться пока нельзя. Я поднялся.
— Спокойной ночи, — бросил я им и, не дожидаясь ответа, встал, направляясь к себе в покои, где меня ждал многостраничный трактат о природе обретенной магии.
Вино вином, а тайна психеи ждать не будет.
А еще меня ждал ноутбук. И интернет. Мне было необходимо посмотреть, что, черт возьми, происходит в этом мире.
Глава 15
Поднявшись к себе, я не плотно притворил дверь, так как скрывать мне особо было нечего. Приятная тяжесть в голове от выпитого вина смешивалась с нетерпеливым предвкушением. Я сел в кресло и раскрыл древний фолиант на заложенной странице, снова погружаясь в чтение.
Я начал с той самой главы, «Visus Animae». И чем больше я читал, тем больше понимал, в какую невероятную историю вляпался.
Сквозь витиеватый слог и мою слабую латынь, общая картина вырисовывалась медленно и урывками. Постоянно повторялись слова «donum rarum» — редкий дар, «innatus» — врожденный. Из контекста я понял, что способность видеть психею сама по себе удел немногих. Но автор делал четкое различие между теми, кто просто «videns» видящий, и «agens» — действующий.
И вот это «действие» — способность касаться души, влиять на нее, описывалось как нечто почти мифическое, доступное лишь единицам за всю историю. И тут же холодок пробежал по спине: кривой ритуал Громова, судя по всему, каким-то образом наделил этой чудовищной силой именно нас.
Я не был до конца уверен, но, судя по тому, что случилось, — было похоже на правду.
