Виноват брат, что подал эти сведения королю, в желании освободить путь к трону, или отец, который воспользовался ситуацией, ведь с братом я так и не смог переговорить перед отбытием. Но я никогда не замечал у Шантаната жажды быть единственным наследником короны. Но какие тогда мотивы двигали отцом, если это все затеял он? Хотя, возможно, всех нас обвели вокруг пальца. Отец может быть не в курсе покушения. Тогда нужно срочно отыскать Шантаната и предупредить о возможном нападении. Надеюсь, с ним еще ничего не случилось.
Лишь спустя три бесконечных для меня часа, мы остановились на небольшой полянке в чаще густого леса. Я практически свалился с верпа, тяжело дыша. Ненавидел быть слабым.
— Пить… — прохрипел я, облизывая сухие губы. Рондан подал флягу, а потом присел передо мной.
— Предлагаю заночевать здесь. Вам нужно отдохнуть и обработать рану.
Я кивнул, видел, что двое парней отправились в лес. Рондан пошел за походной сумкой. Сам я начал расстегивать куртку, морщась от боли в боку. Прислонился к дереву спиной.
Перевел дыхание и снял пропитанную кровью рубашку. Поморщился от зрелища красной раны с черными вспухшими краями. Похоже, началось заражение. Рондан снова присел рядом, расстегивая сумку. Гартис уже разводил костер и, глядя на меня и мою рану, раскалял до красна сталь своего клинка. Я пошарил рукой по земле, сжал кусок деревяшки, засунул его в рот, прикусил зубами, кивая парням.
Терпеть боль я всегда умел, но противная слабость одолела настолько, что оставаться в сознании было невероятно трудно.
Я откинул голову на шершавый ствол дерева и смежил веки. Парни под клятвой, а, значит, я могу немного отдохнуть. Поиски Лауреи придется отложить, однако, я ни за что не откажусь от нее. Верну себе. Зверь внутри довольно рыкнул, подсовывая картинки нашего единения в зале источника. Я дернул невидимые нити его клетки, призывая к порядку. Сейчас совершенно не время для подобных мыслей. Но желание хищника торопиться я понимал, ведь нашу бестию кто-то должен был кормить.
И не дай тьма, она попытается найти себе донора. Оторву ему голову и запру в спальне ту, что изменит мне.
С каких пор я стал таким ревнивым собственником, даже не стал обмозговывать. Казалось, как только увидел ее, сразу решил, что она будет только моей… нашей.
Мы подъехали уже к столице, когда я велел остановиться.
— Дождитесь меня в моем городском особняке. Назовёте пароль, и вас пропустят.
— Но мой принц… — я не дал закончить Рондану.
