Включила сразу артефакт света, который дракон успел сунуть мне в руку и начала продвигаться вперед по подземному тоннелю. За ближайшим поворотом я обнаружила Эштарана, который замер около осыпавшейся части туннеля. Он стоял, закрыв глаза и прислушиваясь к чему-то.
Повернулся ко мне.
— Здесь нет следов. Никто не выбирался, — глухо проговорил он.
— Пошли. Маринэль пытается проникнут в сознание одного их арахнов, чтобы поискать с той стороны выживших.
— Это она предложила?
— Да. Просила меня сходить за тобой, — Эштаран согласно кивнул мне и, вскоре мы оказались рядом с драконицей.
Она судорожно вращала глазными яблоками под сомкнутыми веками, руки ее подрагивали. Орхан Голд сидел рядом с дочерью и держал ее за руку.
— С ней все в порядке? — спросил Эштаран и присел напротив нее.
— Она прыгает из тела в тело, это всегда трудно, — пояснил дракон.
— Но она справится? Ей это не может навредить?"
"— Справится. Она очень упертая, — хмыкнул Орхан Голд, а его взгляд на мгновение потеплел, когда он снова посмотрел на дочь.
— Риск есть всегда, конечно. Хуже всего, если попадешь в тело умирающего животного, потому что будешь испытывать все то, что и он, словно это происходит с тобой. А умирать в теле животного я не пожелаю никому. Однажды в детстве она перенеслась в тело больного грызуна и не могла покинуть его. Тогда впервые случился всплеск ее дара. А пока я нашел ее и позвал, прошло слишком много времени, грызун умер, а Маринэль никак не могла понять, что это произошло не с ней.
Тогда я думал, что потеряю ее и что она не выкарабкается, у нее никак не получилось разделить сознания, будучи в своем теле. Но слава небу с тех пор это больше не повторялось… — по мере того как Орхан Голд говорил, я заметила, как побледнел Эштаран, как он сам сжал ладонь девушки и внимательно вглядывался в ее лицо. Дракон поднялся, молча уступая место рядом с ней. Но наемник этого даже не заметил. Его поведение было слишком несвойственно ему. Я отвернулась, чтобы не мешать паре, только не ожидала, что уже в следующее мгновение начну задыхаться, и упаду на колени, пытаясь вдохнуть живительный воздух в лёгкие.
Боль пришла следом. Я захрипела, не в силах понять, что со мной. Я как будто умирала, но одновременно с этим часть меня тянулась куда-то. Тьма, поселившаяся внутри, бунтовала и рвалась, причиняя боль до тех пор, как я не почувствовала на своих плечах горячие рука Орхан Голда. Тьма внутри меня зашипела, тварь зарычала.
