– Есть! – Крячко оторвался от компьютера и торжествующе посмотрел на друзей. – Есть этот Вяхирев в бухгалтерской книге. Причем, судя по всему, играет он часто и по-крупному.
– Отлично! – удовлетворенно кивнул головой Гуров. – Завтра просмотрю документы и подумаю, как подступиться к Вяхиреву. А пока у меня есть кое-какие мысли по поводу того, как выйти на убийц Точилина. Петр, ты завтра можешь приказать провести инвентаризацию в тех хранилищах вещдоков, к которым мог иметь доступ подполковник?
– Зачем? – удивился Орлов.
– Судя по всему, Точилин мог работать на бандитов только по двум направлениям: либо он добавлял или изымал вещдоки по заказу, либо поставлял преступникам информацию. Первое маловероятно. Не того полета птица наш подполковник, чтобы какие-то серьезные махинации с вещдоками проводить. Но проверить не помешает. А вот со вторым Стас разберется.
– И как ваше сиятельство предполагает мои действия по проверке его гениальнейшей теории? – съязвил Крячко. – Поездить по злачным местам и поинтересоваться, не приходил ли к ним кто-нибудь в полицейской форме и не предлагал ли он купить какие-нибудь сведения?
– А это тоже хорошая мысль, – хмыкнул Лев.
– Возможно, этим ты и займешься, но позже. Завтра поднимешь данные по всем полицейским операциям с того самого времени, как Точилин появился в следственном отделе, и посмотришь, какие из них провалились, как наша благодаря Петру.
– И что это даст? – поморщился Орлов при упоминании о своем вынужденном проступке.
– Точно не знаю, но между теми преступными группировками, или отдельными лицами, на которые сливал бандитам информацию Точилин, и между нашими «подопечными» должна быть какая-то связь. Если удастся эту связь проследить, мы сможем получить какие-то новые ниточки к твоим шантажистам. Пока у нас туманные контакты между «покерной мафией» и теми, кого мы ищем. Больше ничего существенного."
"Приятели проговорили почти до полуночи, вновь и вновь пытаясь сопоставить полученные за последний день факты, но ничего нового к уже придуманному добавить не смогли.
Как и Марии не удалось вспомнить, где и когда она видела человека с не совсем обычной татуировкой. И если Лев уснул как убитый, она полночи ворочалась, поскольку мысли о треклятой татуировке не выходили у нее из головы.
Утром, когда Гуров уезжал на службу, Мария еще спала. С нежностью посмотрев на жену, он не стал ее будить, бесшумно закрыв за собой дверь.
