И даже здесь сразу создалось множество препятствий: подавляющее большинство фигурантов оказались просто не по зубам сыщику. Для их разработки требовались весомые доказательства их причастности к чему-либо незаконному, иначе данные на завсегдатаев клуба «покерной мафии» просто невозможно было получить.
Лев и из этой ситуации нашел выход, используя слежку, «прослушку» и полулегальное давление на приближенных к игрокам лиц. В итоге ему удалось вынудить одного из членов элитного клуба поделиться с ним информацией, и теперь он знал, где сегодня состоится большая игра, кто будет там присутствовать и какой примерный объем денежных средств будет находиться в «клубе».
Кроме того, с большой долей вероятности, в этот вечер на верхушке игорной пирамиды сегодня побывают и почти все руководители «покерной мафии». По полученной информации, у преступников в этот вечер должно пройти что-то вроде ежеквартального подведения итогов и дележ прибыли. Этого дня Гуров ждал долго и теперь был готов разом завершить измучившее его дело.
– Стас, дай-ка сигарету! – попросил он у полковника Крячко, уже много лет делившего с ним кабинет.
– Я так понимаю, тебе бессмысленно еще раз напоминать, что следовало бы свои сигареты завести? – иронично проговорил Станислав, доставая из кармана пачку.
Гуров курил редко и сигареты с собой никогда не брал. Дома у него всегда лежала пара пачек, но там он, в отличие от своей жены, актрисы Марии Строевой, почти никогда не курил. Обычно Лев закуривал только в моменты сильного эмоционального напряжения.
В постоянной подпитке никотином он не нуждался, поэтому даже и не вспоминал о том, что нужно покупать сигареты.
– Напоминать ты, конечно, можешь, но принципиально от этого ничего не изменится, – хмыкнул он, закуривая. Затем подошел к окну и, открыв створку, напомнил Крячко: – Стас, сегодня на тебе весь внешний периметр. Расставь людей так, чтобы мимо них даже мышь не проскользнула. Задерживать всех: и подозрительных, и не очень.
– Лева, я же не практикант ни фига! – рассмеялся Станислав. – Не нужно мне по сто раз прописные истины повторять. Или у тебя старческое брюзжание и склонность к перестраховке проявляться начали?
– Нет, Стас, – покачал головой Гуров. – Ощущения какие-то тревожные. Словно мы что-то очень важное должны были заметить, но упустили из виду…
– Точно, стареешь, Лева! – еще громче расхохотался Крячко. – Ты еще в приметы и сглаз верить начни.
