– Ка-ка-я жа-а-лость, что это не так! – саркастично рассмеялся Станислав. – Да, готовилось убийство, но… оно не состоялось. А информация была дана, чтобы причастные к убийству Лилии Кипрасовой не разбежались, как крысы, по своим золотым норам!"
"– Кстати, ваш сын, господин Бегляков, и есть убийца той девушки! – сурово известил Лев, глядя в упор на своих оппонентов.
– Что за… – запальчиво начал было папа-Бегляков, но Гуров перебил его:
– Секунду! Я еще не закончил! Наш служебно-разыскной пес, который был на месте убийства, его опознал.
Впрочем, ваш сын и сам уже сделал чистосердечное признание, причем на видеокамеру. Видите ли, весь процесс и обыска МУСПа, и задержания подозреваемых, и опознания, и признания своей вины мы снимали – секунда в секунду. Так что приписать нам давление на задержанных вам не удастся.
– Все это – провокация, цель которой опорочить уважаемых людей и отжать у них бизнес! – проорал тот. – Я сейчас же еду в Генеральную прокуратуру!
– Полковник, вы не ответили на мой вопрос: о каком терроризме речь? – снова напомнил о себе Шумарюш.
– Отвечу! – кивнул Гуров. – Когда мы еще только начали вести расследование убийства, в глаза сразу же бросилась некая его ритуальность, свойственная тоталитарным сектам и террористическим организациям.
– Какая, к черту, ритуальность?!! – перебив его, снова взорвался папа-Бегляков. – Что за чушь собачья?!!
– Вы сомневаетесь? Об этом говорит необычный способ совершения убийства, неестественное положение тела убитой и выбранное для этого время – ночь во время полнолуния, – смерив его взглядом, жестко отчеканил Крячко.
– У нас было подозрение, что случившееся – дело рук каких-нибудь там сатанистов. Но позже нам стало ясно, что это не ритуальное, а демонстративное убийство, чтобы посеять среди населения города страх, сумятицу и даже панику. А ведь именно этого и добиваются террористы. Это называется «индивидуальный террор»! Не так ли?
– Кстати, господин Шумарюш, – даже как-то сожалеюще произнес Лев, – вашему сыну придется ответить еще и за нанесение тяжких телесных повреждений.
Он избивал случайно замеченных им людей. За что? Для развлечения? Мы уже нашли по райотделам города около двух десятков заявлений потерпевших, которые предъявляют претензии владельцу черного «Гелендвагена» с весьма характерным госномером: «ЭТО – Я!» Это же авто вашего сына?
– Ничего не докажете! – побагровел тот.
– Докажем! – язвительно хохотнул Стас.
