— Племя Ветра благодарит тебя за помощь, Пятнистая Звезда, и не обманет твоего доверия.
Пятнистая Звезда коротко кивнула и отступила назад. Внезапно в толпе котов, собравшихся на поляне, возникло какое-то движение, и гладкобокий широкоплечий кот поднялся во весь рост. Это был Коршун, брат Мотылинки.
— Позволь мне кое-что сказать, Пятнистая Звезда, — попросил он.
Листвичка очень удивилась, ведь молодые воины обычно не выступали на Советах."
"— Что еще? — спросила Пятнистая Звезда.
Коршун замялся и в явном смущении поскреб лапой землю, но Листвичка прекрасно видела, как он быстро огляделся по сторонам, словно хотел убедиться, все ли смотрят на него.
— Не знаю, должен ли я говорить об этом, но… Короче, племя Ветра приходило к нам не только за водой. Я видел, как воины воровали нашу рыбу.
— Что? — Звездный Луч прыгнул на край Скалы, словно хотел броситься на речного воина. — Да как ты смеешь! Воины Ветра никогда не воровали чужой дичи!
Листвичка знала, что это ложь; она прекрасно помнила, как Белочка рассказывала ей про то, как однажды патруль воинов Ветра был застигнут с ворованной полевкой на территории Грозового племени.
— Кто-нибудь, кроме тебя, видел это? — спросила Коршуна Пятнистая Звезда.
— Кажется, нет, — виновато ответил воин. — В тот раз я был один.
Пятнистая Звезда обвела взором поляну, но собравшиеся молчали. Листвичка подумала, не выступить ли ей, но не решилась.
Что она скажет, если сама не видела воров, Белочка с Ежевикой были далеко отсюда, и даже Дым остался в лагере?
Звездный Луч повернулся к Пятнистой Звезде.
— Клянусь Звездными предками, что племя Ветра не брало у вас ничего, кроме воды. Неужели слова одного воина достаточно, чтобы обвинить нас?
Пятнистая Звезда в бешенстве приподняла загривок.
— Ты хочешь назвать моего воина лжецом?!
— А ты хочешь назвать моих воинов ворами?! — губы Звездного Луча поползли в стороны, обнажая клыки, а из лап показались когти.
Протестующие крики речных воинов и воинов Ветра потрясли поляну. Листвичка увидела, как воины с разъяренным шипением повернулись друг к другу, и шерсть на ее спине встала дыбом от страха. Неужели священное перемирие будет нарушено?
— Зачем Коршуну понадобилось так поступить? — пробормотала она себе под нос.
— А что ему оставалось делать? — встала на защиту брата Мотылинка.
