Наша добрая мама кормит его от пуза и всем его родственникам на вылечивание фиктивных болезней денег дает. Телевизор ему в подсобку поставила и постельное белье меняет каждую неделю.
— Телевизор старый, на помойку хотели отнести, — напомнила Полина Сергеевна. — Если вы такие умные и ловкие — пожалуйста! Увольняйте Зафара, бог с ними, с деньгами. Но тогда найдите мне работника, чье резюме, представленное в печатном виде, совпадает с вашими требованиями. Зафар, кстати, почти разучился тыкать и называет нас по имени-отчеству.
Когда стало ясно, что от Зафара не избавиться, Полина Сергеевна потребовала от него:
— Мы с вами не на рынке, и обращения «хозяйка» и «хозяин» совершенно не уместны.
Зафар испуганно закивал (хозяйка ругается), но явно ничего не понял из ее слов.
— Вот листочек, — продолжила Полина Сергеевна, — здесь написаны наши имена, потрудитесь их запомнить.
На следующий день она увидела на предплечье Зафара татуировку в виде строчек буквенной вязи и обомлела: это из Корана, что ли? Или он уголовник, в тюрьме сидевший?
Она велела показать руку, увидела шариковой ручкой написанную по телу абракадабру, строго спросила:
— Что это значит?
— Полина Сергеевна, Олег Арсеньевич, Арсений Олегович, Эмка, — прочитал Зафар.
Он запоминал их имена таким варварским способом.
Полина Сергеевна была тронута. Зафар часто вызывал жалость, потому что в его глазах стоял вечный испуг и щенячья мольба. Растроганная жалостливая женщина стремится оберегать того, кто пробуждает в ней такие эмоции.
Полина Сергеевна оберегала Зафара и, когда сын или муж устраивали работнику нагоняй — за сломанную газонокосилку, за испорченный водный насос, она вечером приносила Зафару что-нибудь вкусненькое. Он любил сладкое так, словно никогда прежде его не пробовал.
Худо-бедно трудился Зафар, но все-таки одна молодая мужская сила не сравнится со слабостью женщины постбальзаковского возраста. Участок был приведен в порядок. Газон подстрижен, в теплице плодоносили помидоры, огурцы, перцы и баклажаны, на грядках было вдоволь лука, молодого чеснока, салатов и зелени, беседку подновили, гладиолусы взошли дружно и обещали красивое цветение, пышно разрослись астры, выращенные из старых семян и новых, впервые посаженных.
Полина Сергеевна решила возобновить августовский прием, празднование дня рождения мужа. Он обрадовался, услышав ее предложение позвать друзей «как раньше», расплылся в улыбке:
— Полинька! Вот здорово! Ведь все скучают, только и вспоминают.
