– Не знал, что ты играешь в крикет, Эндрю. Отличный бросок, но по-моему, слишком жестко.
– Да, ты прав. Я неправильно оценил обстановку. Ты полностью держал ситуацию под контролем.
– Нет, – ответил Харри. – не буду врать: не держал.
– Ладно, – сказал Эндрю. – И я не буду врать: у меня дико болит башка и я жалею, что вообще сюда приперся. Было бы справедливее и лучше, если бы вместо меня лежал ты. Я не шучу.
Когда уехала «скорая помощь», в баре остались лишь Харри и Барроуз.
– Надеюсь, мы не наломали тут у вас дров? – спросил Харри.
– Да нет, ничего. Кроме того, моим посетителям иногда по вкусу живые зрелища. Но теперь тебе надо держать ухо востро. Боссу этих ребят не понравится, когда он все узнает, – ответил Барроуз.
– Вот как? – Харри показалось, что Барроуз готов что-то ему рассказать. – А кто их босс?
– Я тебе ничего не говорил, но парень на твоей фотографии здорово на него смахивает.
Харри медленно кивнул:
– Теперь я предупрежден. Значит, вооружен. Вы не против, если я возьму еще одну шпажку?
9
Два эксгибициониста, пьяница, педераст и черная змея
Зубной врач на Кингз-Кросс с первого взгляда определил, что над восстановлением сломанного посередине переднего зуба придется покорпеть.
За подготовительную работу Харри выдал ему щедрый гонорар, надеясь, что начальница полиции Осло позже возместит эти расходы.
В участке Харри узнал, что у Эндрю сломаны три ребра и сильное сотрясение мозга, так что он проваляется на больничной койке минимум неделю.
После обеда Харри попросил Лебье съездить вместе с ним навестить больного.
Они доехали до больницы Сент-Этьен и оставили запись в журнале посещений – огромном фолианте, лежавшем в регистратуре перед еще более огромной медсестрой. Харри попытался спросить, куда идти дальше, но медсестра только показала на себя пальцем и покачала головой.
– Она не говорит по-английски, – объяснил Лебье.
Они пошли дальше и наткнулись на молодого и улыбчивого дежурного администратора, который занес их имена в компьютер, сообщил им номера палат и объяснил, как пройти.
– От каменного века до наших дней за десять секунд, – прошептал Харри.
Они перекинулись парой слов с загипсованным Эндрю, но тот был в дурном настроении и через пять минут попросил их убраться. Этажом выше в отдельной палате лежал тот парень с ножом. С рукой на перевязи и отеками на лице, он смотрел на Харри так же обиженно, как и вчера вечером.
– Что тебе нужно, чертов коп? – простонал он.
Харри сел на табурет возле койки.
