– Он коротко осклабился.
– Ладно, хватит. Заткнись и сядь, – приказал Эндрю и показал ему полицейский значок.
«Дракула» ошарашенно посмотрел на него. Харри встал и сунул руку за спину, будто собираясь достать из кобуры пистолет. Но «Дракуле» не захотелось проверять, есть ли у него оружие. Он послушно плюхнулся на стул перед Эндрю.
– Что за беспредел? Я ж говорю, у меня ничего с собой нет!
– Полагаю, ты знаком с местным шерифом и его помощником? Они, думаю, тоже с тобой знакомы. А вот знают ли они о том, что ты занялся «большой дурью»?
«Вампир» пожал плечами:
– А кто тут говорил о «большой дури»? Я думал, вы за травкой…
– Ну еще бы.
О «герике» никто и не заикался. И не заикнется, если ты потрудишься кое-что нам рассказать.
– Да вы рехнулись? Стану я башкой рисковать и стучать только потому, что два нездешних копа, у которых ничего на меня нет, вламываются и…
– Доносить? Мы встретились, не смогли договориться о цене на товар, и все. К тому же у тебя есть свидетель – она подтвердит, за каким делом мы явились.
Если будешь паинькой, больше нас не увидишь. Мы вообще здесь больше не появимся.
Эндрю закурил, щурясь, посмотрел на бедного «вампира» и выпустил дым ему в лицо.
– А вот если не будешь паинькой, мы выйдем отсюда с полицейскими значками на груди. Потом тут кого-нибудь арестуют, и сомневаюсь, что после этого к тебе станут лучше относиться. Не знаю, как часто здесь, как ты выразился, отрезают яйца стукачам, potheads[16] – обычно ребята мирные. Но они ведь кое-что про тебя знают, и я не удивлюсь, если в один прекрасный вечер к тебе завалится шериф с обыском – так, ни с того ни с сего – и перевернет все вверх дном.
Potheads не любят конкурентов, торгующих тяжелыми наркотиками. К тому же стукачей. А что тебе светит, если у тебя найдут столько героина, думаю, ты знаешь.
Он снова пустил дым в лицо «Дракуле». Не каждый день выпадает такое удовольствие, подумал Харри.
– Итак, – сказал Эндрю, так и не дождавшись ответа. – Эванс Уайт. Где он? Кто он? И как его найти? Ну!
«Дракула» затравленно огляделся.
Большая голова с впалыми щеками и тонкая шея делали его похожим на грифа, который присел полакомиться падалью, но боится, как бы не вернулись львы."
"– Это все? – спросил он. – Или еще что-нибудь?
– Больше ничего, – бросил Эндрю.
– А откуда мне знать: вдруг вы вернетесь и потребуете чего-нибудь еще?
– Ниоткуда.
«Дракула» кивнул, будто именно такого ответа и ждал:
– Хорошо. Он пока не бог весть какая шишка, но, слышал, идет в гору.
