Повесив трубку, Кейт подумала о том, как быстро изменились их отношения. Дружба — или, точнее, видимость дружбы, которую они всеми силами старались поддерживать, — начинала исчезать, растворяться в воздухе как что-то ненужное, а на ее месте вырастало на глазах что-то совсем иное, куда более сильное и… прекрасное.
Но приехать Джо смог только на следующий день: ему пришлось потратить очень много времени, чтобы получить форму и все необходимые документы. Самолет военно-транспортной авиации, которому предстояло доставить его в столицу Великобритании, отправлялся из Нью-Йорка в полночь, так что в их распоряжении оказалось всего каких-нибудь девять жалких часов.
Кейт нисколько не утешало, что миллионы влюбленных пар по всей стране оказались в таком же, а то и в худшем положении. Впрочем, даже за несколько часов можно было успеть очень многое. Одни использовали это время, чтобы сочетаться законным браком, другие отправлялись в гостиницы, чтобы хоть ненадолго забыться в страстных объятиях, третьи оккупировали скамейки в парках и просто сидели, держась за руки и глядя друг другу в глаза, хотя дни стояли студеные.
Кейт, однако, прекрасно их понимала. Никакой мороз не мог омрачить эти, быть может, последние минуты, которые влюбленные могли провести вместе. В эти дни Кейт жалела всех, кто прощался друг с другом, но более всего ей было жаль матерей, которых война разлучила с их детьми. С ее точки зрения, ничего хуже этого и быть не могло.
Когда самолет из Вашингтона приземлился в аэропорту Ист-Бостон, Кейт уже стояла у края летного поля.
Джо появился на трапе одним из первых. Он был в новой, с иголочки, военной форме, которая ему очень шла. В ней Джо выглядел особенно привлекательным, и Кейт, спеша ему навстречу, не смогла сдержать счастливой улыбки.
Джо, заметив ее, тоже улыбнулся. Он держался уверенно и спокойно, а выражение лица у него было таким, словно все происходящее — война, командировка в Англию и предстоящие опасности — было делом совершенно обычным и ничем ему не грозило.
Впрочем, когда они наконец оказались рядом, он обнял Кейт за плечи, чего раньше никогда не делал.
— Все в порядке, Кейт, не волнуйся, все будет хорошо, — были его первые слова: он сразу догадался, насколько Кейт расстроена и напугана. — Не волнуйся, — повторил он, слегка прижимая ее к себе. — Там, куда меня посылают, я буду, наверное, одним из немногих парней, которые знают, что делают. А самолеты — они и в Англии самолеты.
