— Хорошо, тогда — до пяти ноль-ноль, — деловито сказал Джо, и Кейт, улыбнувшись, повесила трубку.
Она знала, что продолжать любить человека, с которым разводишься, в лучшем случае необычно, а в худшем — просто смешно. На первый взгляд в этом не было никакого смысла, но Кейт уже знала — в жизни вообще мало логичного и закономерного. Во всяком случае, в их жизни с Джо.
Ровно в пять часов Джо возник на пороге квартиры. Поначалу он явно испытывал смущение, словно не знал, куда ему девать руки и ноги, но Кейт это лишь напомнило тот день, когда они познакомились.
Тогда Джо тоже чувствовал себя не в своей тарелке, но это не помешало ей влюбиться в него с первого взгляда.
Теперь, из уважения к его чувствам, Кейт держала подобающую дистанцию и не делала никаких попыток проникнуть сквозь ту неловкую официальность, которую Джо напустил на себя. Присев на диван, они немного поговорили о детях, о его работе, об очередном новом самолете, который он задумал и который существовал только в эскизах.
Это был совершенно фантастический аппарат, о котором Джо давно мечтал, но до которого у него только сейчас дошли руки. Он с увлечением рассказывал Кейт о том, каким он будет — этот «самолет будущего», и она с удивлением почувствовала, что ей очень интересно. А еще Кейт вдруг обнаружила, как же просто любить Джо таким, каким он был, не пытаясь переделывать его под себя или к чему-то принуждать. Сначала, правда, Кейт тоже испытывала некоторую неловкость, но вскоре она совершенно прошла.
Джо, казалось, тоже напрочь позабыл о своем смущении.
Он пробыл у Кейт почти час, когда она спохватилась, что не предложила ему что-нибудь выпить. Она поспешила исправить свою ошибку, и Джо улыбнулся и кивнул. От одной его улыбки у Кейт закружилась голова и потеплело на сердце. Ей ужасно хотелось обнять его за шею, поцеловать, сказать, что она всегда будет любить его, но она не осмелилась. Вместо этого она принесла ему виски со льдом, а сама уселась напротив, любуясь им, словно редкой птицей, которую можно увидеть, но к которой невозможно прикоснуться.
Ей оставалось только молча любить его — любить и желать ему счастья, а это было не так уж мало…
Джо уехал только в восемь часов. Кейт подписала ему все бумаги, поэтому, когда на следующий день он снова позвонил, она удивилась. Еще больше она была поражена, когда он вдруг пригласил ее пообедать с ним."
"Кейт было невдомек, что ее образ преследовал Джо всю прошедшую ночь.
