В июне Кейт узнала из газет о помолвке Джо — узнала и удивилась, как мало это ее задело. Она даже позвонила ему, чтобы поздравить, но Джо оказался не то в Париже, не то в Милане, и Кейт поняла, что на этот раз он убежал от нее слишком далеко. Все было кончено — ее жизнь была кончена, хотя ей не исполнилось тридцати. Кейт была замужем за человеком, к которому не чувствовала даже ненависти; ждала ребенка, который ей не был нужен; любила мужчину, который ее предал, и единственной ее радостью был теперь сын. Впрочем, даже с Кларки ей стало теперь трудно общаться.
Ее поразила какая-то странная апатия, и каждый новый день своей жизни она проживала словно во сне.
Незадолго до рождения второго ребенка Энди неожиданно пришел к ней в спальню. Была почти полночь, но Кейт еще не спала. Она только что уложила раскапризничавшегося Кларки и теперь лежала в постели и читала. Кларку Александру недавно исполнилось два, и он был премилым маленьким мальчиком, глядя на которого невольно улыбались даже незнакомые люди.
Когда Энди, негромко постучав, приоткрыл дверь, Кейт подняла глаза и удивленно посмотрела на него. У нее было такое лицо, словно к ней в комнату зашел с улицы кто-то посторонний — до такой степени дошло их отчуждение. Теперь Кейт даже странно было подумать, что когда-то они были близкими друзьями.
— Как ты себя чувствуешь? — спросил Энди, придвигая стул и усаживаясь на него. Сначала он хотел сесть на краешек кровати, но передумал.
— Я чувствую себя очень большой. Как воздушный шар или аэростат, — ответила Кейт.
Она уже давно научилась разговаривать с ним, как с дальним знакомым, которого встречаешь не чаще одного-двух раз в год.
— Я хотел… В общем, ты должна знать. Когда родится ребенок, я перееду. Я уже подыскал себе квартиру.
Это решение Энди принял почти месяц назад, но ему не хватало смелости сообщить о нем Кейт. Он понимал, что жить так дальше невозможно: все, что когда-то связывало их, служа фундаментом их семьи, их брака, давно умерло, рассыпалось в прах. Энди построил свой дом на песке, и вот теперь этот дом развалился.
Дальше удерживать Кейт, словно птицу в клетке, было бессмысленно: ее душа давно упорхнула от него, и победа, которую он одержал над Джо, оказалась ненужной. Энди не хотелось терять Кейт, но потерять можно что-то, что тебе принадлежит. А Кейт всегда принадлежала Джо.
— Почему ты так решил? — негромко спросила Кейт, откладывая книгу в сторону. — Зачем тебе переезжать?..
«Почему теперь? — хотелось ей спросить.
