Я не хочу, чтобы у меня были дети, — и не захочу никогда. Они мне не нужны…
В этот момент Джо с горечью и раскаянием осознал, что Кейт тоже ему не нужна. Она связала бы его сильнее всего, она представляла собой самую большую угрозу для него и для его свободы. Самолеты, бизнес, и только потом — она… Именно так обстояли дела с его списком приоритетов. Если бы она не требовала так много, он, быть может, нашел бы какой-нибудь способ сохранить, удержать ее. Но Кейт было уже двадцать четыре, она была взрослой женщиной и стремилась иметь мужа, семью, детей, а не только место руководителя отдела в его фирме.
А значит, никакого выхода не было вообще.
На Кейт его последние слова подействовали, как удар, хотя Джо не сказал ничего нового. Он лишь подтвердил ее самые худшие опасения. Еще раз подтвердил.
— Мне нет дела до твоего бизнеса, Джо! — с трудом сдерживая слезы, воскликнула она. — Я хочу иметь детей, детей от тебя! Я люблю тебя, Джо, и именно поэтому я сейчас ухожу — возвращаюсь домой. Я только об одном жалею — о том, что не задала тебе все эти вопросы раньше!
Она чувствовала себя круглой дурой — никчемной, никому не нужной, глупой маленькой девочкой.
Примерно то же Кейт испытывала, когда умер ее отец. Тогда страшная потеря пригнула ее к земле и едва не раздавила своей тяжестью, и вот — все повторилось снова. Кейт не знала только одного — выживет ли она на этот раз.
— Когда мы начинали создавать фирму, я не знал, как все будет. Теперь — знаю. Поступай как считаешь нужным, Кейт.
— Но я ухожу от тебя! Совсем! — воскликнула Кейт в последней надежде, что, быть может, он не понял ее или не расслышал.
— Ты хорошо подумала? Как-никак у тебя было на фирме неплохое место… — Джо все-таки не верил, что Кейт сможет вот так взять и уехать — бросить все, бросить его. Она казалась ему такой же одержимой, каким был он сам; они вместе делали дело, какое до них никто никогда не делал, и Джо готов был разделить с Кейт успех. Это было самое дорогое, что он мог ей дать. Но для Кейт интересы фирмы были делом десятым или даже двадцать пятым.
Она теряла любовь, перед этим все остальное казалось пустяком, мелочью.
— Это не моя фирма, а твоя, — ответила она, и морщины на лбу Джо слегка разгладились. Ему показалось — он догадался, в чем дело.
— Хочешь, я переуступлю тебе часть своей доли в уставном капитале? — спросил он, и Кейт улыбнулась сквозь слезы.
— Очень жаль, что ты так ничего и не понял, — сказала она. — Нет, Джо, мне не нужны ни деньги, ни акции — мне нужен муж.
