Несколько лет я не жил, а существовал, пока не встретил Лиз. С такой девушкой, как Кейт, ты не будешь знать ни грусти, ни тоски, ни страха — ты только не отталкивай ее, открой для нее свое сердце! Конечно, Кейт иногда бывает упряма, своевольна и способна вывести из себя даже святого, но она никогда не разобьет тебе сердца. Да и сам ты гораздо сильнее и терпеливее, чем думаешь. Ты больше не ребенок, Джо, ты — взрослый мужчина, и никто не может поступать с тобой, как те твои родственники, которые тебя воспитывали.
Посмотри вокруг, Джо, — их нет, они превратились в мираж, в дым, в ничто. Так не позволяй же им управлять твоей жизнью, как прежде! Не позволяй детскому страху одержать над тобой верх. Избавься от него. Бегство — не выход! Джо криво улыбнулся.
— Но ведь раньше этот выход годился, и я жил даже как будто неплохо.
— На мой взгляд, это иллюзия, хотя тут ты, конечно, со мной не согласишься, — хмуро сказал Кларк. — Но в любом случае ты даже не представляешь, насколько лучше станет твоя жизнь, если ты разделишь ее с Кейт.
И наоборот: если ты ее потеряешь, тебе будет очень, очень плохо. А ты можешь ее потерять, Джо. Женщины — странные создания, иногда они уходят как раз тогда, когда меньше всего ожидаешь. Впрочем, я надеюсь, что с вами этого не произойдет. Такие отношения, как у вас, встречаются не часто. Я бы даже сказал, что вам вряд ли удастся отделаться друг от друга, что бы вы ни делали, как бы далеко ни разъехались.
То, что соединяет вас, слишком сильно и глубоко — я вижу это по твоим и по ее глазам. Если вы расстанетесь, то проиграете оба. Такая любовь, как у вас, бывает только раз в жизни, и вы либо будете вместе, либо погибнете по одиночке.
Эти слова прозвучали для Джо как пожизненный приговор, но даже страх, который он испытывал, не помешал ему понять, что Кларк прав — прав во всем.
— Хорошо, я подумаю, — сказал он.
Кларк молча кивнул. Он сказал все, что хотел, и добавить ему было нечего.
Его сердце болело за обоих, и он увещевал Джо так, словно он был его родным сыном.
Джо был искренне благодарен Кларку за откровенность, хотя на самом деле то, что он узнал о настоящем отце Кейт, только все усложнило. Теперь, когда ему стало известно о самоубийстве Джона Бэррета, груз ответственности, которую он на себя взвалил, стал еще тяжелее. А ведь у него хватало собственных проблем и сомнений, вынесенных из далекого детства.
