Успеваю запустить ладонь глубоко под юбку, погладить бедро и даже притронуться пальцем к шёлку трусиков.
Шиплю.
Марика использовала против меня ручку, ткнув острым краем в пресс. Автоматически сдвигаюсь в сторону, чтобы она не смогла отбиваться от меня ручкой.
Ладонь, однако, отказывается покидать завоёванную территорию! Она переползает на колено Марики, там и остаётся, как приклеенная.
— Сыграем в чистую, хорошую девочку, малышка?
— Да отцепитесь вы уже от меня!
Марика щёлкает кнопкой автоматической ручки и поднимает правый кулачок, метнув на меня острый взгляд.
Так и пылает. Ведьмочка!
— Я буду бить, — предупреждает.
Плевать я хотел на предупреждения, когда так преступно близок к прелестным перспективам на сближение.
— На поражение! — сгущает краски.
— Напугала, — улыбаюсь лениво.
Марика перехватывает ручку иначе, словно держит нож, а не канцелярский предмет.
— Последнее предупреждение. Будет больно.
— Может быть, я из садо-мазо?"
"Конечно, я несу бред. Никакой я не садо и не мазо. Откровенно говоря, прежний, хорошо знакомый мне Алекс Савицкий смотрит на новую версию со стороны и тихо офигевает, выпадая в осадок.
Никогда раньше я так себя по-ублюдски не вёл с девушками, однако сейчас сорвало стоп-кран.
— Я не против добавить немного перчинки, — посылаю губами воздушный поцелуй Марике.
Она краснеет, на миг теряется. Я пользуюсь краткой заминкой и притягиваю строптивую красотку себе поближе, желая усадить на колени. Ныряю ладонью под попку, ущипнув. Марика взвизгивает.
— Перчинка?! Тогда фиг вам, а не перчинка.
Придётся преснятиной давиться.
Марика прячет ручку обратно в сумочку, садится поудобнее и больше не пытается меня жёстко отбрить. Даже ноги в коленях чуть-чуть, но раздвинула. Как приглашение. Я чуть слюной не захлебнулся.
— Сговорчивая малышка…
Ладонь автоматически ползёт выше. Под расклешённую юбочку. Марика сидит без движения, только напряжённая жутко.
Пусть так, это не страшно. Я знаю, как расслабить. Умею.
Я прямо сейчас вновь почувствую на самых кончиках пальцев, какая она горячая и заводная, как мягко может обтекать влагой и отзываться… Штаны вот-вот треснут!
Никогда не был сторонником секса в автомобиле, при посторонних, но сейчас я готов давиться низкими рыками и захлёбываться утробными стонами с глубокими поцелуями.
Потому что самое большее, через минуту, Марика уже будет лежать подо мной, стонать от удовольствия и светиться от счастья!
Однако… Вместо горячего секса мне на голову обрушивается ледяной плюх.
