Какой помощницей я буду, если брошу начальника…
— Бросишь его тонуть в море хорошей выпивки с элитными проститутками и безжалостно позволишь ему наутро мучиться похмельем! — хмыкает двоюродный брат.
— Ты мне поможешь или нет?
— Помогу, конечно же. Пьяных миллиардеров я на своем горбу еще не таскал, — Демьян подхватывает Савицкого под руки. — Но все когда-то случается впервые…
* * *Александр
Утро начинается с ощущения падения.
Краткий миг полета. Удушающее чувство страха, схватившее за горло и заставившее яйца поджаться кверху.
Но зад приземляется на удивление мягко.
Где я?!
— Я же говорила, что подушки лишними не будут! Хорошо, что я сдвинула в сторону журнальный столик!
— Ты слишком много с ним возишься. Пусть бы упал. Проснулся бы. Он дрыхнет уже полдня.
— У него была тяжелая рабочая неделя.
— Скорее, он чересчур много выпил накануне.
Двое перешептываются рядом со мной, словно заговорщики. Отрываю голову от подушки. Она такая тяжелая, а мозги внутри, как застывший кисель, напичканный булавками.
От каждого движения больно.
— У-у-у-у-у… — стону.
Не узнаю свой голос. Хриплю, как проржавевший дверной навес.
Бум. Бум. Бум…
Некто топает, словно огромный слон. Каждый шаг отпечатывается в голове.
Пытаюсь разлепить глаза, зажмуриваюсь мгновенно.
— Какое яркое солнце. Сделайте его потише, пожалуйста…
— Вообще-то в комнате шторы еще задвинуты. Не драматизируй! — мужской голос звучит громче и увереннее.
Резкий слепящий свет заставляет меня зажмуриться еще крепче.
Стону.
— Вот теперь свет яркий! — удовлетворенно говорит мучитель, стоя против яркого света.
— Демьян! — укоряюще шепчет сладкий голос, в котором я узнаю Марику.
Открываю рот, как рыба на песке. Ослепленная, выпотрошенная, с пересохшими жабрами.
— Пить? Сейчас…
Слышу приятное, до мурашек, шипение, с которым таблетка растворяется в стакане воды. О да, я знаю этот звук.
— Держите!
Прохладный граненый стакан в моих руках, Подношу его ко рту слишком резко, клацнув зубами.
— Осторожнее.
— Детский сад, Марика. Ты ему еще слюни подотри бумажным платочком, — осуждающе произносит Демьян.
Сейчас мне так херово, что нет сил возразить даже словесно.
— Пить, — прошу хрипло."
"Снова повторяется ритуал оживления: стакан, вода, таблетка шипучки. Прохладная жидкость льется в горло.
— Могу дать вам еще минералки, — предлагает Марика.
— Предупреждаю, что это простой Боржоми. Как бы ты, приятель, не отравился!
— Прекрати! — шикает Марика на Демьяна.
