— Да упаси меня Праматерь от такой сумасшедшей! — Маргус и с места не сдвинулся. Даже немного попятился от Аши, огибая ее через стол. — Эйден дал тебе крышу над головой, а ты его во всяких гадостях предлагаешь обвинить! Тьфу! Чистоплюйка! Сожрать бы тебя, но я не ем вредное, — зверь отвернулся от Аши с таким выражением морды, будто ему смотреть на нее тошно.
— Да ты хоть знаешь, кого твой герцог сделал своей рабыней?! — в ярости зашипела Аша. — Этот бастард, это чадо порока, посмел одеть рабские оковы на Ее Высочество Принцессу Жизель! — выпалила кошка, сверкнув глазами.
— Тю-ю-ю! — рассмеялся Маргус. — Если это принцесса, то я — балерина императорского театра! — хрюкнул он от смеха и расположился на диване. Устроившись на нем, внимательно посмотрел на меня. Я все это время слушала их разговор, не зная, мне смеяться или тоже запрыгнуть куда повыше от этой зверюги. Голос у него совсем не страшный, шутки смешные, но зубы очень острые, а когти на лапах устрашающе длинные.
— Надевай пачку, клыкастый, — сверкнула глазами Аша.
Фамильяр герцога неспешно приблизился ко мне и начал обнюхивать. С его ростом, он без труда достал влажным носом до моей груди. Почувствовав на своей коже горячее дыхание, я вздрогнула, попятилась назад и спиной врезалась в раковину.
— Хм… Аура скрыта, но твой запах… — он очень медленно вдохнул воздух возле моей груди, — он выдает в тебе нимфу, — неожиданно произнес зверь. Мы с Ашей растерянно переглянулись. Как он узнал?! — Видал я нимф пару раз, ну и нюхал их, конечно же, — продолжил зверь с мечтательным видом.
— Прекрасные создания, сотканы из света и любви, жаль, живут на другом конце света, на уединенном острове. Хм… Но ты не чистокровная нимфа, — он снова принюхался ко мне. — Значит, ты дочь нимфы, — заключила зверюга и посмотрела мне в глаза. — А кто в здравом уме отпустит нимфу с Зачарованного острова? Значит, она сбежала. Зачем? Нимфы сбегают лишь по одной причине — из-за любви! Помимо нимфического флера, в тебе чувствуются сильные ноты боевой магии.
Значит, папенька твой не из простых, — прищурился пес-бегемот, а я дар речи потеряла от его дедуктивных способностей.
— Вам бы духи составлять, — не удержалась я. — С таким-то нюхом!
— Интересное предложение, я подумаю, — вежливо ответил зверь… Впрочем, от зверя у него один лишь облик. Надо признать, фамильяр Эйдена произвел на меня очень благоприятное впечатление. Вежлив, умен, совсем не агрессивен.
