Неужели и он…?
Закрыв глаза, герцог попытался настроиться на ментальную связь со своим зверем, но ничего не вышло. Впервые это у него не получилось. Пусто, будто Маргуса…нет. От этой мысли Эйден пошатнулся. Разве можно уничтожить фамильяра, порождение и разумную форму магии? Нет, но его можно развеять. Да, сущность постепенно вернет себе прежнюю форму и сознание, но на это потребуется время.
Все еще не вер в свою догадку, Эйден проверил дом на следы применения магии. Запустил плетение и…обомлел. Коридоры его особняка буквально устланы обрывками магии и клочками плетений.
Здесь происходила жесткая борьба. Как ни странно, но следов черной магии нет, одна лишь драконья огненная структура.
— Маргус, — выдохнул герцог, увидев то, что осталось от его верного друга. Расплывчатый магический след остался посреди гостиной. Все связи внутри сущности разорваны, но на полное уничтожение у напавшего не хватило сил. Ну, или он решил не тратиться на это. Маргуса нужно было обезвредить, с чем успешно справились.
Все-таки уничтожить зверя Драконорожденного — это не таракана прибить. — Ты восстановишься, дружище, — пообещал ему Эйден, хоть Маргус и не способен сейчас его услышать. — Обязательно восстановишься. Даю слово. Все, кто причастен к этому нападению, ответят головой, — он сжал кулаки от заполняющего душу негодования. Первый шок начал сходить на нет, в голове постепенно выстроился ряд подозреваемых и план дальнейших действий.
Его пытались устранить.
Не отодвинуть от власти, не сместить, а устранить физически. Его фамильяр развеян, его женщина похищена. Это настоящий дворцовый переворот. Бездна! Кто мог на такое осмелиться?! И как он, Эйден, мог упустить этот заговор прямо у себя под носом?!
Ответ — никак. Он не мог такое проглядеть. А это означает, что вмешался кто-то третий, все случилось слишком быстро, и оттого так неуклюже. Они рассчитывали, что он не консуммирует брак, не выживет после покушения и уж точно не вернется в столицу.
Жизель… Эйден запрокинул руки за голову и сцепил их в замок. Закрыл глаза, вновь попытался почувствовать свою жену, но ничего не получилось. Она словно отделена от него прочной стеной, которую хочется снести. Но Эля жива, и это главное. Убивать ее не стали, да и вряд ли сделают это. Принцесса нужна им живой, а вот он нет.
— Что ж, интересно, кто все это затеял, — пробормотал себе под нос Эйден и отправился в здание своей канцелярии.
