А он, дурак безмозглый, без еды сидит часами! Работа у него, видите ли! Некогда ему!
— Неужели сына императора никто не может покормить? — не смогла понять я.
— Да кого ж он к себе подпустит? — рассмеялся фамильяр. — Еду от отца он не примет, и это правильно. Еще отравят, чего доброго, были прецеденты. А сам он готовить не умеет.
— И что теперь, не есть совсем?! — взорвалась я.
— Ну почему, он ест, — хмыкнул Маргус. — Что попало, когда придется, и не всегда качественно приготовленное. Но ест, не голодает.
— Почему он не думает о себе? Можно ведь нанять повариху, что-то придумать! Другие люди ведь как-то питаются! — от нелепости ситуации у меня сдают нервы.
Он же гробит себя!
— Высочество, его несколько раз пытались отравить, — вздохнул Маргус, и меня будто окатило ледяной водой. Что?! — Один раз почти удачно.
— Как? Когда? — от удивления я присела в кресло рядом с Маргусом."
"— Лет семь назад, — припомнил фамильяр. — Как раз тогда, когда отец приблизил его и пошли слухи, что наследником станет бастард.
Его стали звать на приемы, хотя раньше моего мальчика таким вниманием не удостаивали. Вертихвостки всякие начали за ним увиваться. И одна из них даже понравилась ему, у них был роман. Эта красотка подсыпала яд ему в вино, — с искренним сожалением произнес Маргус. — Дрянь, — выплюнул он, на несколько секунд растеряв свое спокойствие. — Эйден едва не погиб тогда. После отравления у него начались эти проклятые боли в животе, от которых он до сих пор не избавился. Это ведь была первая девушка, к которой он испытывал сильные чувства.
Хотел жениться. А эта шкура оказалась предательницей. Эйден, конечно, выяснил, кто ее подослал, всех призвал к ответу.
— А она? Что с ней стало? — спросила я и испугалась того, что могу услышать. Неужели после такого ее оставили в живых?
— Уехала, — презрительно фыркнул Магус. — Император хотел ее казнить, но Эйден, дурья его башка, организовал ей отъезд! — еще немного, и Маргус начнет плеваться.
— Зачем? — не поняла я.
— А совесть его замучила! — зверь стукнул лапой по софе.
— Он, понимаешь ли, несет ответственность за женщину, которую считал своей! Поэтому не может позволить убить ее! Ха! Дурак, одним словом… Дурак, как есть… — сокрушенно покачал головой Маргус. Он был бы рад казнить ту, которая едва не отправила Эйдена на тот свет.
— И где она сейчас? — осторожно спросила я.
— Где, где… Живет и в ус не дует, стерва! Сразу по возвращении ее замуж выдали, она детишек нарожала.
