Как там лейтенант тогда говорил?
– Упреждение давай! На корпус вперед прицел выноси!
Вскипела фонтанчиками земля – штурмовик обстрелял позиции из бортового оружия.
Поперхнулся и замолчал пулемет. Осел кулем второй номер, уткнулся лицом в землю пулеметчик. Перемахнув через бруствер (мимо что-то противно свистнуло), капитан упал рядом. Оттолкнув в сторону убитого бойца, рывком развернул станкач.
Не достать… это же не зенитное орудие, на такой угол не задерешь… а если назад оттащить?
Кое-как Ракутин отодвинул пулемет таким образом, что его ствол задрался вверх.
Не зенитка, конечно, но, хоть так…
Вот он – самолет!
Очередь, вторая… всё, патронов больше нет!
Ничуть не потревоженный огнем штурмовик заложил вираж, выцеливая кого-то на земле. Над головою что-то опять взвыло, и капитан нырнул на дно окопа.
Глядя вслед уходящим самолетам, он посмотрел на часы. Десять минут? Всего десять? Да ну… налет, казалось, длился целую вечность. В голове ещё шумело. Надо пройтись по позициям, посмотреть…
Едва выбравшись наверх, он столкнулся с особистом.
Тот, как всегда, был подтянут и показательно невозмутим.
– Что у вас, товарищ Ракутин?
– Налёт… – кивнул Алексей на перепаханную воронками землю. – Последствия пока оценить не берусь.
– Понятно… Как вы думаете – ещё час продержимся?
– Наверняка! Вон, гляньте! – он ткнул рукой в сторону подбитых танков. – Красота! Авось, подумают, прежде чем ещё раз полезть. А что такое?
– Второй эшелон. На станции около тысячи человек осталось. Раненые, гражданские… кого только нет.
Ещё один эшелон должен уже скоро подойти.
– Вы же говорили – к вечеру?
– По радиостанции удалось связаться с нашими, мне подтвердили, что поезд вышел. Я оставил на станции взвод – для организации погрузки. Со мною ещё двадцать шесть человек, при одном ручном пулемете. Можем оказать вам помощь. Полагаюсь в этом на вас, я-то слабый стратег…
– Хм! Вон там, у перекрестка, окопы есть. Как раз на случай, если немцы прорвут первую линию обороны. Это ещё до нас вырыть успели.
Занимайте позиции. Там где-то рядом зенитчики обустроились, заодно и их прикроете.
Проводив глазами уходящих, капитан задумчиво поскреб в затылке. Что-то не складывалось… Налет этот… Немцы бросали бомбы, Алексей хорошо слышал их разрывы. Но сейчас, оглядываясь вокруг, он не находил явных следов бомбежки. Нет, воронки имелись… но разрывов было больше! Куда же упали остальные бомбы?
Надо Лопатина найти! У того опыта побольше, вот и обмозгуем сложившуюся обстановку.
