Но выстрелов пока не было – тот себя никак пока не проявлял.
Махнув рукою своим товарищам, стрелок приник к оружию. Впереди имелась неслабая ямка – туда сейчас и направлялись пехотинцы. Всё верно, удобное место для сосредоточения перед броском. Зашвырнуть бы вам туда гранату! Вот было бы некисло…
Шорох земли!
Ракутин, вскидывая автомат, резко крутанулся на месте, одновременно смещаясь в сторону.
– Свои, товарищ капитан! Боец Миронов! Сапер я… – через бруствер перевалился худощавый паренек в форме. Пилотку он где-то потерял и взъерошенные, запыленные волосы, слиплись от пота.
За собою он притащил какой-то ящик.
– А-а-а… – кивнул Алексей, опуская автомат. – А винтовка твоя где?
– Тяжело с ней бегать, товарищ капитан! Мешает…
– Так ты что же – вовсе без оружия тут разгуливаешь?! А немцы? Плевками сбивать станешь?!
– Я ж сапер, товарищ капитан! У меня оружие другое… – красноармеец пробрался к брустверу и, приложив к глазам ладонь, выглянул из окопа. – Ага… Это они в ту ямку нацелились?
– Кто? Фрицы? Да, похоже… им оттуда до моста – один рывок.
– Ну и ладушки… вот и хорошо! – сапер снова пригляделся к ползущим немцам. – Товарищ капитан, а вы по ним выстрелить можете? Только не сейчас, а когда они до ямы этой доползут.
– Да, запросто! Расстояние здесь не очень большое, для автомата – так самое оно.
Алексей поудобнее приладился к автомату. Чужое оружие… пристрелять времени не хватило. Но ничего, не через Красную площадь стрелять, авось, да зацеплю кого-нибудь.
Бой уже разбился на несколько самостоятельных схваток.
Где-то хлопали винтовки – уцелевшие кое-где красноармейцы пытались достать огнем немецкую пехоту.
Всё ещё постреливал миномет, хотя запас мин уже должен был вскоре иссякнуть.
По-прежнему огрызался пулемет на засадной позиции.
Напрягал мотор Мусабаев, выжимая из танка все возможные лошадиные силы. Изредка постреливало башенное орудие БТ, посылая в сторону дороги редкие снаряды. Увы, выпущенные капитаном ракеты, так и остались незамеченными никем из танкистов.
А, может быть, их увидели? Но только по-своему истолковали? Мол, вот вам цель – залегшая у дороги пехота? А что? Могли и так понять…
И молча, никак себя не выдавая, стоял за пригорком немецкий танк. Он не стрелял, только орудийный ствол иногда смещался, сопровождая каждое движение своего противника.
Между тем, передовой фриц добрался-таки до ямки. Он тотчас же в неё скатился и, буквально через пару секунд, оттуда выглянула винтовка, уставившаяся в сторону Ракутина.
