Так вот, этого вскочившего молодчика Арид нам с Ааму представил, как своего секретаря Вито, а тому нас с девочкой соответственно, как своих невесту и подопечную. После чего император поручил этому самому Вито сопроводить Ааму в выделенные ей покои и проследить, чтобы юной сьере была оказана вся необходимая помощь в освоении на новом месте.
Вот и получилось, что в кабинет мы попали уже втроём. Рок, препоручив нашу рыжулю секретарю, зашёл вместе с нами и закрыл дверь.
– Садись, Рок, есть новости.
И просьба к тебе, – бросив на него взгляд, коротко велит Арид, ставя меня наконец на ноги. И принимается самолично расстёгивать пуговицы на моём пальто.
– Арид, я не беспомощная, и могу это сама сделать, – пытаюсь отстраниться.
– У меня это быстрее получится, – притягивает он меня обратно. – Не спорь.
И вот открываю рот, чтобы возмутиться, но мне его закрывают самым действенным способом. Жарко целуя, разом вышибая из головы все лишние мысли. Какие тут пуговицы? О чём вообще речь?
– Я же говорю, мой способ быстрее, – улыбается лукаво, стягивая с меня расстёгнутое пальто.
– И приятней.
И за руку увлекает меня к массивному креслу во главе стола, чтобы сесть самому и усадить меня к себе на колени. Ещё и к виску губами прижимается. Интересно, это он так сильно соскучился, или настолько энергетически изголодался, что ни на секунду меня от себя не отпускает?
Ощутив, как постепенно уходит напряжение из мужского тела, к которому оказалась тесно прижата, прихожу к выводу, что про голод я, кажется, действительно угадала.
Наверное, исполнение императорских обязанностей, особенно после длительного отсутствия, занятие гораздо более изматывающее и затратное по силам, чем острова в аномальной зоне двигать.
Бедненький мой. Умаялся. Как тут не обнять, в искреннем желании подпитать его своей поддержкой?
– К-хм, – напоминает о себе Рок, уставший наблюдать за нашими обнимашками. – Арид, может ты мне уже сообщишь свои новости и просьбу, и я оставлю вас одних?
– Да, извини.
Забылся, – вздыхает мой куард, поднимая голову. А мне так приятно к нему и дальше льнуть. Пускай себе говорят, а я посижу в его руках. И мне хорошо, и ему полезно.
– Хасмиера, задержали, – слышу я то, что мгновенно привлекает всё моё внимание, заставляя напрячься. – Суд завтра. Но он подал встречное обвинение. Вменяет мне незаконное приобретение рабыни на территории Лайтази.
