– И какая же я, по-твоему?
– Мягкая, гибкая характером, умеющая подстраиваться и подчиняться. Я вчера смотрела на вас с Роком и не знала, мне завидовать, или пугаться. Такое впечатление, что когда он рядом, весь мир для тебя исчезает. Я боюсь так растворяться в мужчине. А вдруг он обманет. А вдруг бросит. Как отец нас, – запальчиво объясняю ей, не сразу заметив, как сжимаются хмуро губы сестры.
А когда замечаю, испуганно умолкаю, поняв, что кажется обидела её своими словами.
– Мягкая и гибкая, – тянет она, криво усмехаясь.
– У тебя это звучит почти, как бесхарактерная. А знаешь, ну и пусть. Можешь думать, как хочешь.
– Соля, прости. Я не это имела в виду, – чувствуя себя невыносимо гадко, подвигаюсь к ней.
– А что, Васют? Тебя покоробило то, что я люблю своего мужа и доверяю ему, растворяюсь в нём, как ты говоришь? Так это не во мне проблема, понимаешь это? Проблема в твоём восприятии. Мне хорошо быть такой, какая я есть. И я счастлива с Роком, с таким, какой он есть. Я обожаю то, какой он со мной.
И я подчиняюсь ему, потому что мне это нравится. Мне нравится быть за мужчиной! За мужем! Ты можешь это представить? Я не теряю при этом свою индивидуальность, не деградирую, как личность. Я могу жить так, как мне хочется, и заниматься тем, к чему душа лежит, и муж меня во всём поддерживает. И мне приносит удовольствие делать ему в ответ приятно, выполняя его желания. Почему же вместо того, чтобы за меня порадоваться, ты ищешь недостатки в моём муже, и в чём я не права?
– Я не ищу, где ты не права, – выдыхаю сипло, пришибленная этой отповедью.
Неужели я действительно так себя веду?
– Да неужели? А про поиск недостатков у Рока даже не отрицаешь, – фыркает Соля. – Можешь не стараться. Его недостатки я тоже люблю.
– Я просто переживаю за тебя. А ему не доверяю пока что. Но если ты так счастлива с ним, то конечно я рада. Очень рада за тебя, – порывисто обнимаю сестру. – Прости, что вела себя так…
– Осуждающе, – подсказывает правильное по её мнению слово сестра.
– Нет, – пытаюсь я возразить.
– Да, – перебивает меня твёрдо Соля. – Не надо мне ничего доказывать, Васют. Просто будь откровенна сама с собой и признай это.
– Ты говоришь прям, как Арид, – возмущённо буркаю я.
– Тогда, может он прав? – иронично вскидывает брови сестра. – И ещё одно, Вась. Раз уж ты вспомнила отца. И, оказывается, всех мужчин меряешь по нему.
– Никого я по нему не меряю, – привычно начинаю возражать, но натыкаюсь на выразительный Солин взгляд и умолкаю.
