Теперь-то я точно знаю, что моя чуйка не на ровном месте возникла и ей можно верить. Правда, это палка о двух концах, но тут главное правильно информацию подавать.
– Слушай, малая, ты невыносима, знаешь? – щурится Соля, наблюдая, как я переступаю бортик ванны и становлюсь напротив неё.
– Ага. Ты много раз это говорила. И ты меня такую любишь. А я тебя, – улыбаюсь довольно. Склоняю голову набок и абсолютно серьёзно спрашиваю: – Так что?
Знаю, что в одном полотенце вид у меня не самый грозный, но когда меня останавливали такие мелочи?
– Да, Вася.
У меня действительно всё хорошо, – сообщает уверенно Соля, в упор смотря мне в глаза, как я и требовала. – Я действительно очень люблю своего мужа и счастлива с ним. Ты ведь это подразумеваешь своим вопросом, да?
– Ну-у-у-у – тяну я, но она перебивает меня, снова обняв. Всю вот такую мокрую.
– Единственное, что омрачало моё «хорошо», это страх за тебя. Но теперь ты здесь, в Занагаре и в безопасности. И моё «хорошо» стало абсолютно полным. Давай покажу, чем можно высушить волосы.
И пойдём уже. Нас там мужчины ждут, наверное.
Мне, на самом деле, ещё очень много чего хочется спросить у сестры. И о том, что случилось с биологическим отцом ребёнка, и как она освоилась в этом мире, но Соля права. Надо идти, раз ждут. В конце концов, у нас с ней ещё будет возможность поговорить по душам. Ведь будет?
В спальне выделенных мне покоев мы никого не застаём. Но на кровати лежит… платье. Красивое. Цвета шампанского с цветочным узором. С длинным рукавом и само длиной в пол.
– Это для тебя. Я прикупила тебе немного вещей, ожидая вашего с Аридом приезда, – сообщает Соля, направляясь к кровати и маня меня за собой. – Оно возможно будет чуть свободновато. Ты явно похудела на пару размеров. Вот бельё ещё и чулки. Знаю, что это не совсем то, что ты предпочитаешь носить, но в Занагаре своя мода. Потом выберешь, что захочешь, если останешься, – она замирает, вздыхая, словно смелости набираясь. – Ты останешься, Вася?
– Я не знаю ещё, – признаюсь тихо.
– На некоторое время точно. Надо же мне посмотреть, как ты живёшь. А там решу. Если меня никто не прогонит, конечно.
– И не надейся, – и вот слепой надо быть, чтобы не увидеть в Солиной улыбке облегчение.
Мне тоже не хочется снова расставаться с сестрой. А если я вернусь на Землю, увидеться мы с ней сможем скорее всего очень нескоро, если вообще сможем когда-нибудь. Вряд ли нам позволят свободно шастать туда и обратно между мирами.
