— Все же ты выходишь замуж за влиятельного мужчину…
— Мам, стоп, — обрываю женщину. — Это моя свадьба. И это мое платье, которое я захотела. В конце концов, у меня ведь должен быть выбор на этом торжестве. Если мужа мне навязали, то хотя бы платье я могу выбрать самостоятельно?!
Вопрос, скорее, риторический, и мама понимает это. Не знаю, что на меня находит, но сегодня в этот день, который должен был стать одним из самых счастливых в моей жизни, у меня не просто нет настроения, меня злит и раздражает все вокруг.
И я уверяю саму себя, что это никак не связано с тем, что Воскресенский за эти несколько дней ни разу не позвонил мне. Пожалуй, в моем случае глупо было рассчитывать на то, что та ночь значила для него нечто бо́льшее, чем просто одноразовый перепих.
— Ты ведёшь себя как неблагодарная девчонка, Агния, — моя мать грозно сверкает глазами, после чего выходит из комнаты.
— И зачем ты приходила? — бурчу про себя, продолжая разглядывать свое лицо, на котором не наблюдается ни капли радости.
В последний раз я окидываю себя безразличным взглядом, задерживаясь на свадебном платье. Оно великолепно. Ничего лишнего. Простое вечернее платье в пол, которое смотрится намного элегантнее тех роскошных и расшитых драгоценными камнями кусков материи. По правде сказать, я всегда мечтала о пышной свадьбе с подобными моделями платьев, но когда примерила эту роскошь на себя, оказалось — не мое. Будто бы я проживаю не свою жизнь, хотя в какой-то степени так оно и есть.
— Дочка, ты выглядишь потрясающе! — произносит папа, целуя меня в щёку.
По его виноватому взгляду я могу судить только о том, как непросто далось мужчине подобное решение выдать единственную дочь замуж за незнакомца.
— Спасибо, отец! Даниил уже здесь? — как можно безразличнее спрашиваю я.
— Нет, Агния, мы встретимся с ним там, — глухо отвечает папа."
"Я шумно вбираю воздух носом, пытаясь сохранять спокойствие. Неужели даже в такой день Воскресенский не мог отложить свои гребанные дела и приехать за мной сам, а не отправить водителя? Быстрым шагом я вылетаю из дома и плюхаюсь на кожаное сиденье присланного за мной внедорожника.
— Здравствуй, Агния! Едем в ЗАГС, — констатирует факт водитель Воскресенского.
— А разве мы можем поехать куда-нибудь ещё? — язвлю я, но тут же спохватываюсь. В конце концов, этот человек уж точно не виноват в сложившейся ситуации. — Извините.
Автомобиль трогается, а я закрываю глаза, чтобы хоть как-то собраться с мыслями.
