Клетка с подсудимыми располагалась слева, отстояла от несущей стены на полтора метра и таким образом для стрелка на ближнем к ней окне находилась практически полностью в мертвой зоне.
Значит, обоим придется садиться на дальнее окно. А это нехорошо. Более того — это неправильно. Какая бы прочная рама ни была, она может не выдержать тяжести двоих, и стекло посыплется до открытия огня, что частично скрадывает фактор внезапности (примерно пару секунд: стрелкам нужно сориентироваться и разобрать цели). Кроме того, по «стволу» на окно — это здорово, это две разнесенные по фронту цели для конвоя.
Две цели плюс ещё пару секунд, чтобы пометаться взором по фронту, мучительно соображая, куда стрелять в первую очередь. А двое вместе на одном окне: одна цель. Соображать не надо, дай навскидку очередь — и всех делов. Грустно!
А теперь ещё одна деталь — в свете образовавшихся лишних секунд. Это ведь только товарищи из конвоя к ситуации не подготовлены и некоторое время будут лихорадочно соображать, что за беда на них свалилась.
А товарищи в клетке как раз наоборот: они побывали в стольких передрягах, что и соображать ничего не будут — рефлексы сработают. Как только стеклышки посыпятся, тут же рухнут за барьер или стоящие перед клеткой скамейки. Тогда по две пули на брата будет недостаточно: придется на ощупь прострачивать каждый сантиметр лакированного дерева, не видя при этом результата.
В этой связи небезынтересны вопросы: какова высота и толщина барьера, не обит ли он изнутри железом (мало ли?), какое приблизительно расстояние между прутьями решетки и, вообще, как этот барьер располагается — за, перед решеткой либо с обеих сторон.
— Клетку отдельно нарисуй, — Антон перевернул лист и протянул блокнот Лехе. — Если барьер есть, постарайся точнее изобразить: мне нужно знать, как он расположен, толщина и вообще…
— Запросто, — Леха взял блокнот, на миг задумался. — Барьер… А на кой вам барьер? При чем тут барьер?
— На всякий случай, — Антон пожал плечами — с ходу не нашел вразумительного объяснения.
— Тебе трудно?"
"— Не-а, не трудно. Только я не въехал, на кой вам барьер…
— Я тоже не въехал, — застенчиво признался из коридора донельзя прокуренный голос.
— Ну вот — началось, — досадливо нахмурился Антон, рассматривая невесть как возникшего в прихожке мужика. — А так все было хорошо!
Мужик был средних лет, коренастый, коротко стриженный, одетый в добротную кожанку и производил впечатление бывалого дяди.
