Понимаем — надо…
Дрянное настроение кузнецов вкупе с суровостью по отношению к городским казакам отнюдь не являлось следствием мутного похмелья, а, напротив, имело вполне четкое социально-экономическое обоснование.
Братья Бирюки уже восьмой день торговали мясом. Вернее сказать, имитировали торговлю. Неподалеку, в районе, закупили пяток живых поросят, привезли к родственникам в усадебку, поштучно забивали, коптили и везли на базар.
Прибыль пока что была… минус двадцать процентов! И вовсе не потому, что кузнецы торговали впервые в жизни и в коммерции ничего не понимали.
В данном частном эпизоде особого таланта не надо: взял подешевле, продал подороже, разницу — в карман.
— Мест нет, — заявил базарком, сочный румяный усач, прибывшим на поклон братьям. — Зима, люди мясо едят, все забито. Возьму оптом, по семьдесят рубчиков за кило, без категорий.
Братья было встали на дыбы — грабеж средь бела дня! Свиней брали по шестьдесят рублей за кило живого веса.
Вычти требуху, башку некондиционную, лодыжки, топление сала при копчении, прибавь дрова да затраченный труд — какова будет прибыль?
Хотели было послать подальше вредного усача, да нельзя — Седой приказал встать на базаре именно в мясном ряду. Поскребли бороды и сунули чинуше малое подношение: тысчонку «деревянными».
— Ну, найду я вам место, — пораскинув на схеме рядов, сообщил базарком.[1] — Только дороже станет, чем оптом продать,
— Как это — дороже?
— Остались три лотка в конце ряда.
И все — с лабазами.
За лабаз придется платить вдвое больше, чем за место. Место в мясном — триста рубчиков в день, плюс налог. Вот и считайте…
— Давай место, там мы сами разберемся, — не пожелали вникать в рыночные хитросплетения братья.
— И условие… — усач невинно прижмурился. — Цены выставите на тридцать рублей выше, чем на центральных лотках.
— Это отчего так? — насупились братья.
— А чтоб покупательский баланс не сбивать, — базарком подкрутил усы и подытожил: — Не согласны? Тогда сдавайте все оптом.
Или уматывайте — заберите обратно ваши деньги.
— Ладно, пойдет, — хмуро приняли условие братья. — Посмотрим, как оно получится…
Получилось все просто замечательно. Шведов недаром облюбовал мясной ряд, разместившийся по периметру у рыночного бетонного забора. Вставай на любое место, торгуй себе сколько влезет и между делом глазей через весь базар на окна второго этажа облсуда.
