— Угу, — буркнул Сергей, устало сползая на ковер и с каким-то запоздалым сожалением подумал вдруг:
«Похоже, Настя от меня что-то скрывала! Оказывается, это может быть не только разрядкой и приятным дополнением к релаксации, а чем-то гораздо большим. Чем-то таким, что даже и описать невозможно…»
«Однако пора и честь знать», — подумал Сергей и сообщил Алене:
— Пойду, это… носик попудрю.
— Мрр… — педиатресса, томно раскинувшаяся на дива не, даже говорить не желала. — Мрр…
Сауна была богатая. Можно сказать, и не сауна вовсе, а целый релаксационный комплекс для обслуживания оккупантов.
Просторная дубовая парилка, десятиметровый бассейн, отделанный мрамором, две ванны-джакузи, два циркулярных душа со всеми мыслимыми «наворотами», брандспойты для «шарко», лежанки из натуральной кожи, которые можно равновероятно использовать как для массажа, так и для прочих непотребств.
Большой шкаф был под завязку набит дорогим парфюмом для умащивания и благоухания.
— Ну, привередливые вы, товарищи чабаны! — пробормотал Сергей, отыскивая взглядом рабоче-крестьянскую марганцовку.
— Ну, разбаловались! Потную, немытую, носатую чернавку на бараньей шкуре — не желаем, значит? Подавай вам благоуханных белоголовых Афродит с голубыми глазками, да? Да уж… Ничего, уродцы вы мои ненаглядные, ничего — погодите немного… Ваши пастбища скучают без вас! Они взывают к вам — придите, чабаны мои разлюбезные, хватит на асфальт гадить, пора домой! Домой, домой…
Марганцовка таки обнаружилась — и в изрядном количестве.
Осуществив процедуры гигиенического характера, наш юный философ осмотрел себя в огромное зеркало в полстены и неожиданно сделал вывод:
— А я, оказывается, нравлюсь дамам! Интересно… Хорошее дело — пригодится во благо борьбы за светлое будущее. В шпионских фильмах главный герой всегда — отпетый мачо. И это вполне способствует: дамы любят, трепетно отдаются, скрашивая суровый спартанский быт шпиона, и всемерно помогают. Этакая «пятая колонна» в тылу противника…
На прощанье Алена крепко обняла начинающего мачо, запечатлела на чистом челе долгий грустный поцелуй и сунула бумажку с телефоном.
— Приедешь из Италии — позвони. Если, конечно, за хочешь. Я тебя всегда приму…
— Конечно-конечно! Непременно… Обязательно…
— «Непременно»! — печально передразнила Алена, вытаскивая из гнезда на трюмо радиотелефон и набирая номер. — «Непременно», ага… Леша, помигай перед УГРом… Нет, через минутку.
