Книга Погружение в отражение — читать онлайн бесплатно полностью

Сева растопырил руки, желая ее обнять, но вдруг спохватился и с досадой хлопнул себя по лбу:

– Слушай, Ир, а ты ж меня выяснить просила!

– Было такое дело.

– А я как всегда свинья! Несрочно-несрочно, а потом замотался и забыл.

– Ничего страшного.

– Да мне самому интересно.

Ирина хотела было поделиться с ним своими опасениями, но тут на крыльцо высыпали гости, требуя чая, и она вернулась в дом.

Всему свое время. Сегодня ее свадьба, и она сполна насладится долгожданным счастьем.

В назначенное время она пойдет к прокурору и расскажет ему о своих догадках.

Не станет прикидывать, что ему надо знать, а что не надо, на что он отреагирует так, а на что эдак.

Просто скажет все как есть. Прокурор – мужик вроде бы порядочный, и вообще она имеет право решать только за одного человека – того, который сейчас внутри нее и еще не знает, что скоро придет в этот мир.

* * *Лариса привыкла находиться дома. С каждым днем мир за дверью становился все призрачнее, будто она уже и перестала быть его частью.

Родители продолжали бойкот, и Лариса почти физически чувствовала, как связь с ними, которую она считала очень крепкой, истончается и рвется. Чтобы возобновить ее, нужно ехать к маме с папой и просить прощения, что не была хорошей девочкой и огорчила их, но как это сделать, если ее не выпускают из дома? И по телефону не поговоришь, а даже если вдруг исхитриться, вырвать у мужа трубку, то мама скажет «не выдумывай». Или «сама виновата». Или «не вали с больной головы на здоровую». Чего родители точно не станут делать, так это не побегут ее выручать. Они не любят огорчаться из-за дочери, но еще меньше им понравится конфликтовать со всемогущим Иваном Макаровичем. Всегда так было. Папа пропихнул ее на филфак, потому что хотел видеть дочь-студентку, а то, что нужно было ей самой, всегда игнорировалось или объявлялось недостойным. Лариса понимала, что нужно думать, как спастись, а не смаковать детские обиды, но ничего не могла с собой поделать. Оставшись одна, она предавалась воспоминаниям, и выходило как-то так, что ни родители не знали ее настоящую, ни она не знала ни их, ни, похоже, самое себя.

Ах, если бы только мама дала поговорить тогда с отцом, выяснить, насколько серьезны угрозы Никиты, обсудить, что делать дальше. Нет, в их семье, где первая и главная обязанность дочери – не огорчать, такое невозможно. Да у нее и язык не повернется, уже условный рефлекс – сунешься к маме с проблемой, получишь по мозгам.