— Без сомнения родителей оборотня мы найдем, — пообещала драконица и снова приказала: — Хватит просить за других, проси для себя!
А вот тут точно можно (даже нужно) и ножкой шаркнуть и вежливо отказаться, заявив, что у меня все есть, а чего нет, обойдусь, но… Ай, да что там?
— Анжая, я бы хотела спросить… — смущаясь, начала я. Вопрос-то деликатный. — Мне бы скорлупу от яйца… Анжей как бы подарил, но…
— Я подарил! — обижено, не понимая сомнений, припечатал малыш. — Сразу отдал!
— Значит, она твоя, — улыбнулась шикарная блондинка.
— Драконы вправе сами распоряжаться своей скорлупой.
Я разулыбалась и радостно сжала кулачки. Моя прелесть — моя! Я от нее отщипывала уже конечно, но каждый раз словно шла на сделку с совестью, как грабила кого-то. А теперь она моя вся целиком и полностью!
— Мамочка, а мы ремонт сделали, — взяв родительницу ладошками за щеки, похвалился ангелочек. — У нас такой классный домик! И птичье кафе. Мы скоро переедем из таверны в свой дом. Тебе понравится. — Поворот головы в мою сторону и безмятежное: — Да, Преля? Мамочка теперь будет жить с нами.
И папочка. И Венины родители, когда найдутся. Да, Венька?
— Рыр! — согласно завилял хвостом волчонок.
Мы с Мусей одновременно приоткрыли рты, представив ""тихую"" жизнь в Момыше. Лорд Беледер мстительно… заржал.
Ладно. Спишем на нервы. Все-таки мы победили.
глава 25
Прошло три года.
Умытые теплым дождем поля, радовали глаз сочной зеленью. В подставленные ладошки две сороки сбросили на лету амулеты, поддерживающие вектора и накинулись на заранее раскрошенную булку.
Зарплата, да. Попробуй не выдай вовремя — застрекочут жалобами. Тот еще профсоюз. Я рассовала артефакты по карманам и довольно потянулась. Этим утром закончился последний день отработки. Вот такая игра слов. Немного грустно, но что поделать. Шеф больше печалится ему теперь неизвестно с кем дальше работать.
— Напилась свеколка твоя, дедуля, довольная сидит, — важно пропищала Муся и мечтательно закатив глаза припомнила: — Сколько мы уже урожаев собрали не сосчитать.
— Ну почему же? У меня все записано, — щепетильно отозвался господин Тарельсон, открывая сумку, висящую на боку.
Воробьишки радостно защебетали, выпрашивая подачку. Ну да, пшеницу у агронома можно найти даже в документах. Старик властно шикнул и указал на гриву коня, где должны сидеть умные почтальоны, когда он занят. Птички послушно притихли. Спелись или, лучше сказать, сработались со своим человеком, прекрасно все понимают.
— Да не в этом смысле.