— Нас просто интересуют подробности… Значит, до некоего момента вы с Ключаревым благоденствовали? Находили нетерпеливых наследников, тех, кто желал от кого-то избавиться… А потом?
— Мы собирались отправиться…
— Куда? Я вас спрашиваю, куда?
— Во Флоренцию…
Чувствуя прилив охотничьего азарта, Пушкин спросил, не давая собеседнику передышки:
— Потому что банк, где хранятся рукописи, за которыми направлялся Ключарев — во Флоренции?
— Все-то вы знаете…
— Как он именуется?
— Э нет, господа, — решительно возразил Руджиери.
— Так дело не пойдет. Сдается мне, разговор достиг того места, где следует поторговаться и обсудить гарантии…"
"— Ах ты скотина! — с некоторым восхищением воскликнул барон. — Он еще торгуется, в его-то положении!
— Положение ваше и в самом деле незавидное, синьор, — сказал Пушкин. — С одной стороны, за вами идут по пятам некие весьма неприглядные то ли люди, то ли существа, которых к ночи поминать не следует. С другой — мы настроены решительно…
— Вот я и пытаюсь проскользнуть меж двух огней — огрызнулся итальянец.
— Будете меня за это осуждать? По-моему, вполне уместное в моем положении намерение. Честью клянусь, господа, графа я не убивал и не имею к его смерти никакого отношения. Я всего-навсего хочу бежать подальше от сложностей… — Он выглянул из-за дерева и печально покривил губы. — Ну вот, дилижанс отправился в Тоскану. Багажа не жаль, там не было ничего особенно ценного, но это было спасение…
— Ну вот, кое-что начинает проясняться, — усмехнулся Пушкин.
— Хотите сказать, название банка вы сообщите только во Флоренции?
— Именно. Помогите мне туда все же попасть — и разойдемся полюбовно. — Он покосился на барона, с воинственным видом сжимавшего рукоять трости. — Синьор, если вы меня убьете, вы не узнаете ничего. А пыткам вы меня вряд ли подвергнете — хотя бы просто потому, что для этого нужно соответствующее укромное местечко… Оно у вас имеется?
— Наглец… — протянул барон.
— Простите, — с достоинством сказал Руджиери.
— Всего-навсего загнанный в угол человек, пытающийся использовать свой последний шанс. Вы бы на моем месте не поставили все на карту?
— Он прав, Алоизиус, — хладнокровно сказал Пушкин. — Он все великолепно рассчитал… Значит, они вас в Праге посетили?
— Да.
— И что же они хотели? Получить ваш секрет?
— Да зачем им мой секрет! — в сердцах сказал Руджиери. — Они и сами владеют чем-то похожим… Им позарез нужны были те бумаги, за которыми собрался Ключарев.