С паршивой овцы хоть шерсти клок… Слово дворянина… Какая же все-таки ты дрянь, Жора Гимназист…
В этот момент агент московской сыскной полиции Георгий Ратманов, а больше даже оперативник убойного отдела по ЦАО ГУ МВД города Москвы Юрий Бурлак, даже будучи нетрезвым, осознал, что время для переговоров ушло. Резко сдернув со стола скатерть и побив кучу красивой старинной посуды, он вывел Лодыгу из равновесия… А заодно и нескольких экзальтированных дам, которые пришли в «Эрмитаж» пошептаться о мужьях, подругах и платьях, выписанных из Парижу.
Лодыга побежал к окну – тому самому «эвакуационному выходу», который подметил для себя сразу же. И одновременно принялся палить вокруг. Половые, как по команде, пригнулись к полу, заодно распластав перед собой экзальтированных дам. Эх и визгу было!
В какой-то момент Ратманов сумел зацепиться за ногу убегавшего Лодыги и даже почти повалил его. Но, будучи пьяным, да не в своем теле, потерял координацию и упустил бывшего подельника. Воспользовавшись общей нервной обстановкой, Лодыге снова удалось сбежать, на этот раз разбив окно.
Однако никто не погиб и даже не получил царапин, возможно, не считая самого Лодыги. Плюс на память Ратманову тот оставил свой ботинок…
Ну а Георгию наконец представилась возможность козырнуть своим красивым дореволюционным удостоверением. А также заверить тревожную общественность, что ежели будут какие-то претензии к нему лично или вообще… Пусть обращаются в сыскное отделение. И удалился, не дожидаясь прихода полиции…
Как бы то ни было, теперь он ни от кого не скрывался и, возможно, лишь сейчас почувствовал себя настоящим стражем порядка начала XX века.
Даже не поймав ушлого рыжего бандита и не предприняв пока ничего героического…
И что же это получалось? Лодыга сначала загремел в кутузку, о чем Двуреченский даже не удосужился сообщить попаданцу, хотя сам же направил Жору Гимназиста ловить оставшихся членов своих банд. А потом Рыжий сбежал, наговорив всякого про лицемерие Викентия Саввича… Или не сбегал? Так и про кутузку мог наврать, дорого не взял бы… Конечно, это легко можно было проверить по полицейской картотеке, тем более поставленной главой московского сыска Кошко на новый, невиданный доселе уровень…
Ну а если Лодыга обо всем врал, зачем принялся палить в ресторане? Просто пьянь неадекватная?.
. И даже предполагаемое вранье Лодыги в одном или нескольких случаях не расставляло окончательных точек над i в вопросе с искренностью самого Двуреченского.
