А ее пальцы упираются в его грудь. Острые ноготки вжимаются в смуглую кожу. А губы приоткрываются в беззвучном вскрике.
В голове Ильи мелькнула мысль, что не рассчитывал он на такое счастье. Никак не думал, что Каро появится у него в спальне. А потому и не подготовился. Презервативов у него точно не было. А сил, чтобы прервать контакт, и подавно. Он безумно хотел ее. Хотел излиться в ее тело. Хотел заполучить всю ее в свое безраздельное и вечное пользование.
И получил. Каро извивалась на нем, позволяя все глубже и резче погружаться в ее тело.
И когда сил терпеть не осталось, Илья потянулся к ней, прижал к себе до хруста, набросился на ее рот точно оголодавший путник, и ощутил, как она дрожит в его руках.
Это были самые невероятные моменты в его жизни. Он словно нырнул в счастье.
Каро рухнула на него. Попыталась сдвинуться. Однако Илья не позволил, крепко обнял, прижал к своей груди, отвел спутавшиеся волосы с девичьего лица. Жадно прижался ртом к розовым губам.
Каролина расслабилась, а ведь секунду назад собиралась сбежать от него.
А сейчас…. Как убегать от этого человека, если он проник в самое сердце?
А в ушах все еще стоял хриплый шепот «Моя!». И это настолько стремительно ломало любые барьеры, что Каро передумала не то, что сбегать, двигаться.
Илья накрыл широкой ладонью затылок Каро. Зарылся пальцами в длинные пряди. Он был все еще глубоко в ней, она словно окутывала его с головы до пят.
И шевелиться не хотелось. Да и скрывать что-то от нее — тоже.
А потому, укрыв их влажные от страсти тела тонким пледом, Горняков прошептал:
— Всегда тебя любил.
А сейчас обожаю, девочка моя.
Но Каро промолчала. Илья застыл, гадая, испугал он ее, или нет.
Взглянул на красивое личико. Каро прижалась к его груди щекой, а глаза закрыты.
Илья улыбнулся. Надо же, уснула. И будить ее не хотелось. Плюнуть бы на все, но там, в саду, собралась вся родня и друзья. И если он не появится, то на его поиски отправят целый отряд.
Илье не хотелось, чтобы его Каролину нашли в таком виде, разомлевшую от близости, с припухшими от поцелуев губами, взъерошенную и с красноватыми следами от его рта на шее и груди.
А потому мужчина осторожно поднялся с постели, переложил Каро на подушку, полюбовался девчонкой и пошел в душ.
Пока мылся, Илья думал обо всем. Но главная мысль — самая замечательная и радостная — Каролина принадлежит только ему. Он — первый у нее, и единственный.
Выйдя из ванной комнаты, Илья сразу же наткнулся взглядом на смущенное личико Каролины.
