А она готовилась к этому дню, все спланировала до мелочей, даже цвет скатертей на чертовых столах.
А он все испортил.
Каро грустно вздохнула, словно подтверждая мысли Ильи.
Горняков резко дал по тормозам, прижался к обочине, беззвучно выругался.
— Дурак, да? — невесело усмехнулся Илья. — Тебя там гости ждут. Подарки. Торт вкусный, наверное.
— Наверное, — еще раз вздохнула Каро.
Илья на секунду прикрыл глаза, а потом всеми силами старался не думать о том, что рядом с ним его маленькая умопомрачительно красивая принцесса.
Это для него все понятно и предельно ясно. А она — девчонка совсем. Это он регулярно ввязывался в переплеты, под пули лез, только чтобы не думать о Каролине, не сорваться к ней, не присвоить ее.
А она — девочка совсем.
Илья сорвал тачку с места, развернулся и помчался в обратную сторону. И остановился только перед особняком Мартыновых.
— Думаю, за сорок минут ничего не изменилось, — отстраненно произнес Илья, глядя строго перед собой. — Беги. Тебя ждут.
Илья разблокировал двери нажатием кнопки и больше не пошевелился.
Понимал, стоит дернуться, как выдержка иссякнет, потому что весь салон наполнился дивным ароматом Каролины. И этот присущий ей одной запах сводил его с ума.
Илья провел ладонью по коротко стриженному затылку. Внезапно накатили усталость и полный пофигизм. Горняков старался уцепиться за эти чувства. А не за мысли, что Каро так и сидит в его тачке, не торопится сбегать от него.
— Дурак! — фыркнула девчонка и дернула ручку двери на себя.
Через секунду Каролина вышла из машины, стуча каблучками, прошла к застывшей перед дверьми охране.
Илья не смог отвернуться. Жадно следил за каждым движением, отмечая, какой красивой и идеальной стала его принцесса. Тонкая талия, умопомрачительно длинные ноги, волосы струятся по спине и плечам каскадом.
Илья прикрыл глаза, только когда девушка скрылась за спинами охранников.
Идиот. Тупой идиот.
* * *Когда к гостям вернулась именинница, удивилась вся родня. А в мыслях Витольд Аскольдович уже четвертовал гаденыша.
Но щеки Каро горели румянцем, а в глазах плескался гнев. Со стороны Мартынова выглядела идеально, однако родители видели, что их девочка вне себя от ярости. И в таком состоянии трогать Каролину Витольдовну никто не рискнул бы.
А потому ведущему велели проводить мероприятие и дальше, веселить гостей, суетиться вокруг нужных людей, а вот именинницу оставить в покое."
"А Каро уселась на свой стул, переделанный под шикарный трон.
