А еще совершенно случайно в зеркале заднего вида перехватила заинтересованный взгляд водителя. Егор был близким приятелем Ильи, по крайней мере, полгода назад точно.
Марта вышла из машины. Пришлось остановиться, пока Егор возьмет вещи из багажника.
Игнорировать присутствие Горнякова Марта не могла, потому что это невежливо. А она — взрослый человек, а не какой-то ребенок. В конце концов, ничего общего у них с Ильей нет. Разве что, Горняков спас Илюшку из-под колес грузовика.
А потому….
— Здравствуй, Илья.
Как поживаешь? — Марта нашла в себе силы, чтобы дружелюбно улыбнуться.
Девушке казалось, что все идет отлично. И, кажется, даже улыбка получилась настоящей, правдоподобной.
Илья кивнул Егору, протянул руку мальчишке.
— Привет, герой, — тепло произнес мужчина. — Любишь пироги? Там одна веселая бабуля Светлана Геннадьевна уже ждет тебя с пирогами.
Марта видела, как Илья кивнул Егору. И Рощин, подхватив дорожную сумку, повел мальчика в дом, есть вкусные пироги, испеченные домоправительницей Мартыновых.
А когда Марта попыталась нырнуть следом, Илья ловко перехватил девушку за локоть.
Марта поняла, что никто ее не пропустит. По крайней мере, перед ее носом тут же закрылась входная дверь. А локоть все еще сжимали твердые и уверенные пальцы мужчины.
Сжимали осторожно, но так, что Марта не могла легко сбежать.
— Ты спросила, как я поживаю, — напомнил Илья.
А Марта замерла, не собираясь поворачиваться лицом к Горнякову. Почему? Потому что слишком внезапно все происходит.
Потому что слишком остро она реагирует на Илью. Потому что в голове все еще звучали обидные слова его жены о том, что Марта — всего лишь одна из толпы мимолетных увлечений Ильи. А Маргарита Горнякова — одна во всем мире. Потому что законная жена. А двух законных жен у Горнякова быть не может.
— Спросила, — кивнула Марта.
Нестерпимо хотелось выдернуть руку из захвата теплых пальцев. Прикосновение прожигало тонкую ткань одежды. И казалось, будто кожа полыхает от каждого касания.
И когда Марта решила, что хуже быть не может, Илья поймал ее ладонь, сжал, поднес к губам и осторожно поцеловал.
Галантный жест. Возможно, даже официальный. Но! Марту будто встряхнула невидимая сила. А жар смущения полыхнул в лицо.
— Хреново поживаю, — пробормотал Илья.
Марта не хотела смотреть в глаза Илье. Не хотела, потому что они были слишком красивыми. Потому что они не раз и не два снились ей по ночам.
