И сейчас могу только догадываться, где нахожусь.
Но я почти уверена, что знаю, чьё большое обнажённое тело прижимается сейчас ко мне сзади. Чья тяжёлая рука собственнически лежит на моей талии, будто заявляя права. Каким-то внутренним чутьём понимаю, что это демон, который вчера назвал меня своей.
В этой чужой, незнакомой для меня, спальне царит полумрак. Сердце после такого необычного и неожиданного для меня пробуждения грохочет в груди, как ненормальное. А разум пытается спешно оценить ситуацию. Хоть как-то.
Я почти раздета.
На мне только тонкая сорочка, которую я надевала под платье. И бельё под ней. Но всё равно мужчина рядом, его горячая кожа, дыхание на моём затылке, всё это ощущается до дикого остро, будто никакой одежды нет. И ещё жутко непривычно. Я никогда ни с кем не спала в одной кровати. Оссиан, посещал меня в моих покоях и уходил в свои после того, как получал своё.
Надо как-то выбраться отсюда. Из этой кровати. Из загребущих рук демона.
Но как это сделать, чтобы его не разбудить? Не сомневаюсь, что сон у этого хищника более чем чуткий.
− Доброе утро, мышонок, − вдруг раздаётся хриплый голос позади, подтверждая мои опасения.
Проснулся. И как давно, интересно?
Обнажившегося плеча касаются горячие губы. И меня подгребают к себе ещё ближе.
— Как спалось?
− Х-хорошо, − выдыхаю осторожно, чувствуя, как по телу бегут толпы мурашек. В животе зарождается странный трепет. И мягкой патокой разливается тепло.
− Это меня очень радует, − урчит этот бессовестный захватчик мне на ухо, беззастенчиво поглаживая мой живот.
Вгоняя этим в дикое смущение. — Я очень долго ждал, когда ты окажешься в моей кровати.
− Только… я не давала согласия… спать с вами в одной кровати, − напоминаю, набравшись храбрости. Вчера он никак не наказывал меня за дерзость. Может, и сегодня не будет: — И раздевать меня тоже не разрешала.
Но не успеваю я даже договорить, как оказываюсь на спине, а надо мной нависает демон, буравя пронзительным тёмным взглядом. Аж дыхание в груди перехватывает.
Матерь Пресветлая, какой же он большой.
− Я твой будущий муж, — усмехается иронично, склоняясь к моему лицу. — И я обязан заботиться, чтобы тебе было хорошо, принцесса. Потому и устроил тебя здесь со всеми удобствами. Разве тебе было неприятно спать в моих руках, м-м? − касается он губами скулы, виска, вдыхает глубоко запах. − Признайся, малышка. Ты ведь чувствовала себя спокойно и уютно, пока не вспомнила, что меня обязательно нужно бояться. И не ври, я ведь почую твою ложь.
