Так он и думал. Эта девчонка сбежала от тирана мужа или любовника, такое тоже бывало в его практике. Вслед за ними наверняка придёт какой-нибудь прощелыга лорд или барон. Снова его, высшего демона, вызовут на дуэль. И снова погибнут. Скучно и глупо. Даер демонстративно зевнул, нарочно не прикрыв рот ладонью и демонстрируя острые белые клыки.
— Вы не нравитесь мне, — рявкнул он, — Несмотря на внешнюю привлекательность. Всего доброго.
Шагнув обратно во тьму, под своды замка, Даер собирался закрыть двери. У этих гостей ещё есть время сбежать до того, как явятся ночные стражи.
Ирина поставила на порог ножку, обутую в потрепанный башмак. Демон вопрошающе вскинул тёмные, хищно надломленные брови. Но дверь не закрыл.
— Вы тоже мне не нравитесь, — заявила Ирина, — но я все равно буду вашей экономкой.
Она достала из кармашка объявление пятилетней давности, что дала ей герцогиня Давенвуд, и протянула демону с видом победительницы:
— Вот! Прочтите это объявление.
Он не взглянул, прекрасно зная, что там написано.
— Вы сами читали это? — поинтересовался он. — Читали внимательно?
Ну конечно, пункт об особых услугах. Ирина перечитывала этот отрывок трижды, в надежде, что зрение её подводит. Но нет, демону требовалась не просто экономка, а женщина, способная скрасить его одинокие ночи своим теплом. Не трудно догадаться, какие именно услуги подразумевались под этим.
Мельком глянув на детей, Ирина кивнула и все же отвела взгляд. На улице было темно, но демоническое зрение Даера сумело распознать румянец на пухлых щечках.
— И вы готовы? — поинтересовался он.
Снова выступил вперёд и расправил крылья, давая рассмотреть себя. Мощную, поросшую тёмными волосами грудь пересекли множественные шрамы, следы былых сражений. Крепкую шею Ирина не охватила бы и обеими ладонями. Смотреть ниже, туда, где тёмная поросль курчавых волос узкой дорожкой убегал за пояс бридж, она не рискнула.
Но ради детей она была готова на все. Даже на близость с демоном.
— Да... — выдохнул она.
Ну и лицо у неё было, точно на плаху ведут.
Даер горько усмехнулся и, сжав в руке объявление, искрошил в труху. Наверно, это последнее. Даже удивительно, что кто-то откликнулся после стольких лет полной тишины."
"Он рассматривал её, а она стояла, вскинув подбородок и глядя куда-то вдаль, за его спину. И вот её прекрасное лицо исказила гримаса ужаса. В первую секунду Даер решил, будто она наконец-то рассмотрела его. Но этот ужас в её глазах предназначался не ему.
